ФРПГ По звёздам Млечного пути: логи игры

Тема в разделе "Всеобщий архив раздела", создана пользователем Лезер, 28 окт 2013.

Закрыта.
  1. Лезер

    Лезер
    Member
    Регистрация:
    13 ноя 2010
    Сообщения:
    355
    Баллы:
    18
    Лучших ответов:
    0
    По просьбам трудящихся логи с каждой сессии отдельным пунктом будут выкладываться здесь. Информацию об игре и персонажах см. в соседней теме.

    Список игроков на 28.10.2013:

    • Августин – Леви Аккерсдейк, старший помощник капитана
    • Crour_Vult – Амар Нараян, специалист-техник
    • Альтаир – Джек Харпер, офицер-космопехотинец
    • Pink_Panther – Рендалл Раймонд, инженер-технолог
    • Silensio (Ким) – Ким Мёнсин, медик
    • Usagi – Айрис Хадсон, журналист
    • Лерак де Ла Моль – Густав Линдберг, лингвист
    • Егор Тишин – Фернандо Васильес, пилот-истребитель
    • Рассказчик – Чен Уцзинь, солдат
    • Sentinel – Даниэль Росс, биотехнолог

    ЧАСТЬ ПЕРВАЯ.

    «- Что находится за небесами?
    - Дорога, ведущая в вечность – Млечный Путь».

    ***

    Этого дня люди ждали долго. Некоторые – несколько месяцев, с тех пор как приняли приглашение принять участие в межзвёздной экспедиции. Иные – несколько лет, с тех пор как начал строиться первый звездолёт. Иные, кто грезил далёким космосом с самого рождения, - а среди них были практически все приглашённые – и того дольше. Всю жизнь. Но разве могли эти сроки сравниться с сотнями лет ожидания всего человечества? Сотнями – с того дня, когда первые колонисты высадились на Марсе. Сотнями – с того дня, когда вышел в космос Юрий Гагарин. Сотнями – с того дня, когда Галилей произнёс судьбоносное «И всё-таки она вертится!». Тысячами, десятками и сотнями тысяч лет – с той поры, когда в первый раз человек посмотрел на звёзды.
    Этот день наконец наступил. День, когда первый звездолёт человечества с экипажем на борту покинет пределы Солнечной системы и устремится к далёким светилам сквозь безграничное пространство. 12 июня 2561 года.

    …Размах церемонии прощания был грандиозен. Пионерам межзвёздных перелётов устроили почти героические проводы: на космодроме Байконур, одном из самых больших на планете, собрались гости со всех концов Солнечной системы. И было отчего! Сама мысль, что эти люди будут первыми, кто осуществит давнюю мечту человечества и воочию увидит чужие звёзды и планеты, завораживала умы и заставляла сердца радостно и трепетно биться. Были здесь и представители правительств, и родственники и друзья участников экспедиции, и именитые учёные, и даже весьма известные певцы с пионерским хором в придачу. Целое море флагов развевалось над этой толпой: тут и там алели знамёна Социалистического содружества, пестрели разнообразием красок флаги стран Тихоокеанского блока, светило красными лучами солнце на стягах Японии, отдавали зеленью, чёрным и красным флаги арабских стран. И всё это действо не было лишено некоего символизма, ведь именно отсюда шесть сотен лет назад стартовал корабль «Восток-1», навсегда вписав имя своего пилота в скрижали истории.
    Под торжественное пение детского хора на огромный подиум вышли, помахивая толпе руками, все учёные, летевшие на первом звездолёте, а следом за ними – чуть более организованно – прошагали и солдаты, призванные их охранять. Было здесь, наверное, не меньше трёхсот человек. Что ни говори, а первый звездолёт был самым настоящим боевым крейсером, пусть и частично адаптированным под размещение гражданских и под необходимую учёным аппаратуру. Толпа взорвалась приветственными криками. Где-то здесь, среди стоявших теперь на подиуме, находились и наши герои. Все, кроме одного. И пока продолжалась песня, после которой, по слухам, речь должен был держать Андрей Николаевич Сеничев, член академии наук СССР, руководивший научным составом экспедиции, у людей, оказавшихся радом, появилась возможность перекинуться парой фраз.

    Тем временем на самом корабле, крейсере ВКФ «Аврора», который неспешно дрейфовал на орбите Земли, суетились матросы и боцманы, завершая последние приготовления к прибытию остальной части экипажа. Леви Аккерсдейк, старший помощник капитана, как раз вернулся на мостик, ещё издали завидев командира судна, Герхарда Штернберга, который стоял на отведённом ему помосте рядом с пультом управления, заведя одну руку за спину, а другой почёсывая седую бородку. Китель кэпа был, как всегда, идеально чист, будто только с иголочки, да и чего ещё можно было ожидать от немца? Впрочем и сам старпом, уроженец Нидерландов, не слишком отставал от своего шефа. Где-то на середине пути каплей вспомнил, что ему вообще-то надо отчитаться перед капитаном о ходе работ и желательно это сделать как можно более чётко и быстро, так как скоро должен был начаться сеанс связи с планетой.//

    Августин:
    - Докладываю о ходе последних приготовлений, товарищ Капитан, -- поравнявшись с Герхардом спокойным голосом начал Леви, -- докладывать нечего, всё строго по графику, мы полностью готовы, -- с улыбкой поправил он бескозырку, мельком глянув на своё отражение в ближайшей гладкой поверхности, -- как я понимаю, здесь у нас тоже всё по плану? -- решил уточнить он, будучи, впрочем, полностью уверенным, что через несколько минут, а может и раньше, состоится сеанс связи с Землёй, быть может, последний из сеансов, где информация будет доходить столь быстро и цениться столь мало. //

    Лезер:
    Каперанг слегка улыбнулся, выслушав доклад старпома. Иногда он давал подопечному проявить некоторую вольность в докладе, как, например, спросить о положении дел, до того как придёт ответ, но пожалуй, следовало его слегка одёрнуть, но не здесь, перед новым составом мостика.
    - Прекрасно, Аккерсдейк, - бархатистым голосом произнёс Штернберг, обратив взгляд на каплея. - Да, с минуты на минуту свяжемся с Землёй. Провожающие ожидают от меня речи, я ведь их не разочарую, как вы считаете?//

    Августин:
    - Разве можете вы так опорочить честь мундира, сэр? -- чуть сильнее улыбнулся старший помощник, -- разочаровав сразу целую планету. Уверен, что всё будет дежурно и по плану, хотя лично мне бы хотелось чуть менее формальной процедуры, но уж точно не в этот раз, сэр.
    - Капитан, вы будете вести эфир в одиночестве? -- спустя пару секунд спросил Леви, -- и мне оставить вас наедине с ними? -- уже более серьёзным голосом закончил Аккерсдейк//

    Лезер:
    - Никак нет, более того, я хотел бы, чтобы вы стояли по правое плечо сзади от меня, товарищ старший помощник. Да, раз уж все приготовления завершены, я так понимаю, я могу познакомить вас с нашим новым составом мостика? Минутка у нас ещё есть.//
    Августин:
    Ничего не говоря, Аккерсдейк развернулся, заведя руки за спину, и оценивающе окинул взглядом мостик слева направо.
    - Это было бы весьма кстати, сэр. Мне уже не терпится начать работу с этими, безусловно, талантливыми людьми, -- произнося фразу, он, чуть прищурившись, окинул взглядом уже весь видимый мостик, заостряя внимание на тех личностях, которые, в свою очередь, смотрели на него и Герхарда.
    - И если до знакомства, то что вы можете сказать о них в целом, в двух словах, первое впечатление? Или мне предстоит его составить и доложить вам, сэр? -- улыбнувшись, поинтересовался Леви //

    Лезер:
    Капитан вновь улыбнулся:
    - Безусловно предстоит, в этом даже не сомневайтесь, - он одобряюще кивнул голландцу. - Но сейчас я лучше сам вас с ними познакомлю.
    С этими словами он сошёл с помоста, жестом приглашая за собой Аккерсдейка.
    - Товарищи! Всех, кроме пилотов, прошу к голографическому столу, пожалуйста!
    Через несколько секунд напротив них, по ту сторону большого стола с голографическим проектором, появились пять человек, все в аккуратной и явно новенькой форме. Одного из них здесь вообще не должно было быть, так как он занимал должность стармеха, но нынешний момент был исключением. Что удивило Леви больше всего, так это что как минимум трое из них были азиатами, судя по нашивкам на рукавах - японцами. А если приглядеться повнимательнее, то и все четыре.
    - Знакомьтесь, - сказал капитан. - Леви Аккерсдейк, мой старший помощник. Леви, - кэп указал жестом на крайнего слева. - Это капитан третьего ранга Валерий Горюнов, он - наш штурман и официальный представитель СССР в команде по контактам.
    Горюнов с виду оказался типом весьма суровым из-за мощного телосложения - он был почти на голову выше Аккерсдейка - и предельно брутального, как показалось старпому, выражения лица: брови постоянно полунахмурены, сердитый рот с выпяченным подбородком будто бы застыл в выражении угрозы, и та же серьёзность и суровость застыла у него во взгляде. Однако, если принять во внимание пышные короткие русые волосы, торчавшие спереди вихром, и голубые глаза, его можно было даже назвать красавцем. Он протянул старпому свою могучую ладонь и не менее брутальным басом произнёс на чистейшем немецком:
    - Очень приятно познакомиться, товарищ Аккерсдейк.//

    Августин:
    «Not bad», -- подумал про себя Леви, сложив губы в характерную бабочку.
    - Взаимно, Валерий, -- под стать ему ответил старший помощник, пожимая протянутую руку и чувствуя на это время некоторую беспомощность своего положения, но внешне его дискомфорт нисколько не проявился.
    - Увы, не могу выказать вам того же уважения, -- продолжил Аккерсдейк после того, как вернул себе руку, продолжил уже на английском, -- русский язык для меня всегда был чем-то загадочным. А вы умете произвести впечатление, -- добавил он мгновение спустя и перевёл взгляд на следующего, естественно, дождавшись ответа Горюнова //

    Лезер:
    - Спасибо, - штурман ответил кивком и мимолётной улыбкой, которая на его лице показалась настолько неестественной, что Леви передёрнуло. Капитан меж тем продолжал:
    - Старший лейтенант Сайто Такеда, также наш штурман.
    Японец оказался на вид типичным японцем с почти всеми присущими его народу чертами. Был он достаточно молод на вид, возможно даже моложе самого Леви, своей чёрной шевелюрой лишь немного уступал старпому, а вот улыбчивостью выгодно отличался от русского коллеги:
    - Рад встрече, господин Аккерсдейк, - сказал он, пожимая руку. В голосе прослеживался лёгкий акцент. - Вас приемлемо так называть?//

    Августин:
    - Да, вполне приемлемо, Сайто, раз знакомству, -- с интересом рассматривал Леви ещё одного штурмана, -- вы хорошо разговариваете, большая часть моих знакомых и просто встречных из страны восходящего солнца этим не отличалась, увы. Уверен, мы сработаемся со всеми вами на «отлично», -- добавил он, завершая знакомство с Такедой //

    Лезер:
    Следом Штернберг представил и остальных японцев, служивыших ранее, как оказалось, на одном корабле - крейсере «Масамунэ». Первой была весьма симпатичная молодая женщина Юки Мори - основной оператор связи на «Авроре». Её тёмно-рыжие волосы, аккуратно подстриженные, спускались чуть ниже подбородка, и для девушки их можно было даже назвать короткими, а в лице прослеживались какие-то определённо европейские черты, взять хотя бы более широкий разрез глаз, не столь ярко выраженные скулы и более светлый цвет радужки. За ней шла Тихиро Огата - девушка примерно того же возраста, что и Юки, и не менее красивая, но обладавшая чисто японской внешностью, включая длинные чёрные волосы, собранные в пышный хвост. Последним же оказался полноватый усатый дядька по имени Сигеру Симада, старший механик корабля, который явно чувствовал себя в форме не столь комфортно и больше привык к рабочей одежде.
    - Вот таким составом нам и предстоит теперь работать, - сказал капитан. - Надеюсь... впрочем, нет, я - знаю, что наш союз получится плодотворным. А теперь всех по прошу за мной, к пульту управления: пусть земляне увидят не только меня, но и мою команду. В конце концов, кому интересно смотреть на такого стереотипного капитана? – при этих словах Гётц усмехнулся.//

    Августин:
    - Нам, сэр, -- ответил сразу за всех Леви, он пребывал в крайне благоприятном расположении духа и даже сумел удержаться от классических шуток про японцев, пару которых он узнал ещё во время обучения.
    Пройдя к пульту управления, Аккерсдейк занял место по правую руку от капитана, но чуть сзади, и жестом пригласил остальных членов команды присоединиться к ним. //

    ***

    Егор Тишин:
    Фернандо задумчиво почесал трёхдневную щетину, думая и представляя в голове титаническое судно, на котором он, возможно, проведёт остаток своих дней. Из всех присутствующих в лицо он знал только доверенных ему лётчиков, но его это устраивало. Руки немного дрожали, но Эрнан был полон решимости. В голове крутилось слишком много мыслей. Крутились как центрифуга, в которой он провёл так много времени во время обучения. Его немного мутило. То ли от того, что происходило в его голове, то ли дал о себе знать вроде бы давно позабытый страх и жажда приключений.
    «Как я ненавижу, когда вокруг столько людей, скорее бы эта merda закончилась» - промелькнула в голове крамольная мысль, которую Фернандо поспешил подавить. В глубине души он понимал, насколько важна их миссия для всех собравшихся. Пришёл и его черёд забираться на подиум. Сжав зубы, Эрнан приложил максимум своих сил для того, чтобы не хромать //

    Лезер:
    Практически сразу кубинец ощутил, как стоявший слева человек взял его под локоть, чтобы помочь взойти на подиум. То был его товарищ-пилот Войцех Печка с характерным позывным «Чех», с которым Фернандо познакомили буквально пару дней назад, но ему хватило и этого времени, чтобы узнать об извечном недуге космолётчика.
    - Нормально всё? - крикнул он, чтобы было слышно за стоявшим вокруг гулом. - Смотри, не надорвись, спишут ещё перед самым отлётом, и будет у нас хромое звено вместо хромого пилота, - чех при этих словах ободряюще ухмыльнулся.//

    Егор Тишин:
    - Да как будто что-то изменится! - практически в ухо проорал Эрнан Войцеху, - Вы и без меня опыта наберётесь рано или поздно. Но ты прав - оставить вас не вышколенными будет позором на мою голову. - Всё же улыбка, точнее, её подобие появилось на лице кубинца. Как человек Чех ему очень нравился. В голову снова полезли мысли о предстоящем.
    Всю свою карьеру пилота Кортес провёл в небольших кораблях, с которыми легко иметь дело в таких вопросах, как маневрирование и ведение боя. В истребителе он чувствовал себя уютно, зная, что даже с непредвиденной ситуацией он справится. В кабине он как мозг в черепной коробке, разве что связей между ним и судном меньше. Находиться же в большом корабле, тем более управляемым не им, он, откровенно говоря, не любил. Как водитель автомобиля с ручным управлением, вынужденный сидеть на месте пассажира, который нажимает фантомные педали и не может оторвать взгляда от дороги. А эта висящая высоко за пределом видимости bandurria заставляла его нервничать.
    - Знаешь, когда мы выйдем из нашей старушки-системы, я бы не отказался промочить горло с нашим звеном. Мы же не спать там будем, не знаешь, - немного снизив громкость голоса спросил майор. //

    Лезер:
    - Да-да, это определённо надо замутить, - сказал Войцех, активно кивая головой. - Вообще, не терпится уже глянуть на остальную эскадрилью. Говорят, мы там одни такие будем: все эскадрильи, как эскадрильи, слетавшиеся, а нас понабрали из всякого сброда со всех концов системы, хе-хе-хе. Ещё ж позывной у каждого придётся запоминать, мы ж, видите ли, «элита»! Да, кстати, твой ведь – «Кортес», правильно я помню?//

    Егор Тишин:
    - Да-да, Кортес. Но, в принципе, иногда могу отозваться на Estrella – «Звезда», что получил после того, мягко говоря, жёсткого приземления. Звезданулся я, в общем. Думаю, несмотря на мультинаицональность, сработаемся. Всегда срабатывались.
    «Ну когда же мы уже пойдём в эти челноки?! Эта maldita нога всё больше и больше саднит». Конечно же, Эрнан всё понимал. Понимал, что на Земле стоит последний раз; понимал, что во время экспедиции ему вряд ли придётся столько находится на одном месте, но всё же это медленно начинало его раздражать. Даже замечательная, на его взгляд, песня ненадолго его отвлекла от тяжёлых мыслей и желания поскорее уйти. //

    Лезер:
    - Хых, да, ты рассказывал, помню. Это ведь с той поры у тебя эта, - он кивнул на хромую ногу - хрень? Да, точно. А вон, гляди, - он показал пальцем куда-то в толпу. - Видишь? Там мои стоят, провожать пришли. Эй, Марта! Марта-а-а!//

    Альтаир:
    Межзвездный перелет - как много в этом звуке... Дрожь переборок, космический холод, постоянное жужжание могучих двигателей не менее могучего судна. Все это можно было найти и на обычных патрульных кораблях. Джек тихо усмехнулся и оглядел солдат, среди которых он находился. Нет, большая часть этих ребят летела не за впечатлениями, не ради пафосных идей, и не ради романтики. Большая часть солдат желала обеспечить тех, кто остается у них на Земле. Деньгами ли, верой во что то более высшее, мечтой...
    Стоя на подмостках, Харпер бросил беглый взгляд на провожающих, желая увидеть знакомые лица. Собравшихся было так много, что с первого раза это и не вышло. Да и со второго тоже. Это было немного обидно, но душу грело осознание того что они здесь, они пришли проводить его туда, откуда возврата может и не быть. Его губы коснулась улыбка.
    В ожидании торжественной речи Джек ненадолго прикрыл глаза, расслабившись, вслушиваясь в пение детского хора, исполняющего что то на русском языке. Он вновь улыбнулся.//

    Ким:
    Доктор Ким Мёнсин стояла на помосте, заложив руки за спину, и, вполуха слушая пение хора, рассуждала о моменте и значении момента в истории. Вот они, стоят на пороге не просто нового шага в истории человечества, но совершенно новой эры – и слушают, как дети поют на родном языке что-то торжественное. Затем обязательно последуют выступления важных лиц, капитана… Будет ли кто-нибудь через пять сотен лет помнить имена этих детей? Будет ли кто-нибудь вообще знать, что перед запуском первого межзвездного перелета выступал детский хор? Сохранит ли история через сотни лет имена тех, кто выступит здесь, и тексты их речей? Возможно, но не факт – хотя все, безусловно, будут знать имя капитана, совершившего первое путешествие к новым звездам.
    Но что наверняка запомнят все без исключения – это то, что момент этот был торжественным. Потрясающим. Внушающим трепет перед звездными глубинами и благоговение перед теми, кто эти глубины решился покорить. И именно для этого сейчас выступает хор, о котором никто не вспомнит, будут выступать люди, чьи имена могут затеряться среди веков, читать речи, которые могут поглотить пески времени – чтобы создать величие момента. Конечно, сейчас за ними следят бесчисленные репортеры, но большая часть того, что они запишут здесь, осядет в архивах, сгинет в пучине аналогичной информации. А людское представление об этом дне останется жить в веках.
    Интересно, будет ли кто-то помнить через пятьсот лет, что она принимала участие в эпохальном рейсе? Едва ли.
    Мысленно усмехнувшись глупой идее, доктор в очередной раз стала прокручивать в голове список всего, что необходимо будет сделать и перепроверить сразу после того, как корабль покинет земную орбиту.//

    Pink_Panther:
    Летевший по встречной полосе тёмно-синий спорткар известной фирмы, вызывающе мигая спецсигналами в бамперах и кокпите, в очередной раз перестроился в другой ряд, оставляя сигналящих позади. Водитель аккуратно ушёл с опасной траектории, отправив тяжёлый кар на пустую полосу для общественного транспорта.
    - Сэр, вы опаздываете на сорок три минуты. Ещё через шесть начнётся торжественная речь. Советую поторопиться, - известил водителя мягкий женский голос.
    Раймонд ещё больше увеличил скорость, почти вжав в пол педаль газа. Машина, плавно переключая передачу выше, устремилась к перекрытому участку шоссе. Демонстративно посигналив активно жестикулирующему полицейскому, Рендалл пронёсся мимо, сбив потоком воздуха с того фуражку.
    - Сэр, вы нарушаете правила дорожного движения, - вновь напомнил ему бортовой компьютер, на что Рендалл только усмехнулся:
    - Я уже полчаса нарушаю правила дорожного движения, если ты не заметила.
    Полицейская машина, попытавшаяся было преследовать несущийся с огромной скоростью и светящий маячками, как три пожарки, кар, еле-еле увернулась от столкновения и осталась далеко позади. Ну а впереди уже был виден космодром.
    Как только к воротам охраняемого периметра Байконура мягко подъехал низкий, широкий кар, солдаты, еле сдерживавшие натиск желающих попасть внутрь без приглашения зевак, схватились за табельное оружие, но, обратив внимание на специального цвета номера, успокоились. Один из солдат указал на свободное место, и машина, поблескивая антрацитовыми стёклами и не издавая практически никаких звуков, плавно отъехала на парковку.
    - В течение двух часов связаться со мной. В случае отсутствия возможности самостоятельно активировать третью задачу по списку, - проинструктировал Рендалл компьютер, забирая с заднего сиденья увесистый чемодан.
    - Есть, сэр. Удачного вам дня, - как всегда благожелательно ответил интеллект и загерметизировал за вышедшим дверь.
    Когда пёстрая толпа выплюнула из себя человека в бело-голубом костюме со стальным чемоданчиком в руке, пара человек в штатском тут же подбежали к нему и куда-то увели. Но уже через минуту Рендалл, отбившись от назойливых помощников, поправил очки и взошёл на подиум, мгновенно расплывшись в псевдосчастливой улыбке. Заняв место рядом со своим представителем, инженер с облегчением избавился от чемодана, предав его полу подиума.
    - Даже сюда вы умудрились опоздать, мистер Раймонд, - не переставая улыбаться и смотреть на буйствующую в радости толпу, сказал топ-менеджер концерна Samsung с трудновыговариваемой фамилией. Рендалл и бровью не повёл, последовав примеру корейца и не став отворачиваться от толпы:
    - Меня ценят не за пунктуальность, сэр. Кстати, ваш галстук ужасен и безвкусен.
    Раймонд нагло ухмыльнулся, а кореец поправил ужасный галстук и невозмутимо помахал толпе.

    Альтаир:
    Еще не начался полет, а уже кто то успел выделиться. Событие, к которому многие готовились годами, видимо было не столь важным для одного человека, умудрившимся опоздать к началу торжественной церемонии. Впрочем и сам Харпер был бы не прочь опоздать, прибыв непосредственно к погрузке на судно. Но тем не менее для него такая выходка была роскошью, в отличие от наглого гражданского.
    - Любит привлекать внимание... - тихо усмехнулся Харпер, поглядывая в сторону брутального опаздуна.//

    Лезер:
    То ли по стечению обстоятельств, то ли по странному совпадению, но кореянка Ким Мёнсин, уважаемый медик и по совместительству глава всей медицинской братии на корабле, оказалась в тот момент рядом со своими соотечественниками и прекрасно слышала весь этот короткий разговор. Она слышала об этом человеке, англичанине, который по воле судьбы стал одним из ведущих инженеров ЯКС, когда-то даже читала о нём в каком-то журнале, но вот видела его впервые. Впечатление он производил, надо сказать, смешанное, особенно если принять в расчёт традиционную восточную пунктуальность.//

    Pink_Panther:
    Медленно машущий рукой Рендалл вдруг почувствовал, что этим самым он как бы провожает всё, что его сковывало. Он отпускал и оставлял здесь тяготы работы, неудачи в повседневной жизни, мелкие личные проблемы, которые даже и не собирался решать. Хотя… Он лишь махал рукой. Хоть прощаться было и не с кем.
    Родители, возмущённые и оскорблённые его бегством в ЯКС, прервали с ним всякое общение. Вот уже больше пяти лет никто на личный мобильный Рендаллу не звонил. И даже сейчас, когда их сын в составе лучших специалистов человечества, отправлялся в знаменитейшую экспедицию последних десятилетий, мистер и миссис Раймонд не нашли в себе сил хотя бы отправить ему электронку. Каждый раз, открывая почтовый ящик, Рендалл исходил надеждой, но каждый раз очередное письмо отправлялось в корзину с пометкой «спам».
    Рендалл Раймонд махал рукой в толпу и улыбался, уже неподдельной улыбкой. На него смотрели десятки камер. Возможно, какой-то кадр попадёт и в международные новости, и на него смогут посмотреть во всём мире. Даже в Великобритании.//

    Ким:
    От неторопливого перебирания в уме вещей первой, второй и чрезвычайной важности Мёнсин была отвлечена новоприбывшим, чье бесцеремонное вторжение было сложно не заметить – тем более, что он протолкался через толпу и остановился по соседству с самой доктором Ким. Промелькнувшая в коротком грубом обмене приветствиями фамилия связалась с гордым профилем, и Мёнсин вспомнила, что об этом человеке с английскими корнями и гражданством Союза она уже читала в журнале. Пересекаться им до этого не приходилось, и, возможно, оно было и к лучшему: при ближайшем рассмотрении этот Рэндалл оказался человеком, не знающим даже простейших норм поведения. Дождавшись окончания речи капитана, Ким, не поворачиваясь к нему лицом, обратилась к экс-англичанину на японском:
    - Покидая родину, вы вместе отечеством оставили позади и приличия, не так ли, Раймонду Рендалл-сси?//

    Pink_Panther:
    Услышав обращение к себе, Рендалл затратил пару мгновений на осмысление сказанного и свёл протезированные руки за спиной. При этом силовые соединения издали весьма громкий звук сводящихся сервоприводов. Выдержав небольшую паузу, он сформулировал ответ на японском и представил его незнакомке, чуть повернувшись к ней:
    - В моей работе важна точность в других деталях. Приличия – непозволительное явление там, где прогресс и технологии сталкиваются с реальностью. И уж как не работнику научной сферы об этом знать. Я ведь верно определил ваш род деятельности?//

    Ким:
    - Приличия определяют нас как членов коллектива. Без приличий человек не есть член общества; он оторван и обособлен от него. Общество, в котором нет приличий - общество, стремящееся к саморазрушению. И человек неприличный рано или поздно будет поглощен сам собой. - закончив фразу, Мёнсин развернулась и неторопливо направилась туда, где должна была вскоре начаться посадка на борт, давая понять, что разговор окончен.//

    Usagi:
    Айрис Хадсон, сложив руки на груди, с невозмутимым выражением лица стояла среди толпы отбывающих в экспедицию гражданских, изредка поворачивая голову и рассматривая как окружающих ее личностей, так и пришедших проводить их в последний путь. Церемония не вызывала большого восторга у женщины, она ведь уже не ребенок (или во всяком случае хотела казаться такой), чтобы прыгать и радоваться – эмоции прошли в первые дни, как она узнала о том, что ее возьмут на борт. А теперь ее ждала работа – сложная и кропотливая. Коллеги бегали в отдалении, щелкая фотокамерами и передавая новости в прямом эфире почти на все телеканалы. Но Айрис будет делать репортажи уже внутри корабля, на протяжении всего путешествия. Поэтому в сумке у нее полно оборудования.
    Журналистка обладала довольно выделяющейся внешностью, словно ее основной профессией были выступления где-нибудь на концертах, модельных подиумах, или позирования первым страницам мужских журналов. Облегающие черный жакет и брюки превосходно дополняли и без того прекрасную фигуру. Среди провожатых не присутствовал ее муж Чак, оставшийся в Вашингтоне. И хоть Айрис и была замужем, сторонний наблюдатель мог заметить, что кольца у нее на руке нет. Ни на левой, механической, ни на правой, человеческой. Сняла ли она его специально, чтобы на корабле казаться одинокой и свободной женщиной? Хотя капитан корабля без сомнения всё будет знать из личного дела.
    СМИ никто не любит, это ей известно. Журналисты ведь вечно лезут, куда не просят, а потом разносят приукрашенную лживым колоритом информацию, чтобы лучше продаться. Тем не менее Айрис рассчитывала в будущем взять интервью как минимум у нескольких человек, она ведь была в своем деле профессионалом, а столь яркая внешность часто способствовала налаживанию хорошего общения с собеседником – мужчинам трудно отказывать столь милой девушек. К тому же, без сомнения, кто-либо из членов экипажа сам охотно пойдет на контакт с прессой, желая получить известность у всего мирового сообщества зрителей и читателей, проще говоря – обывателей.
    Но сейчас, сейчас оставалось только ждать. //

    Рассказчик:
    Солдат китаец. Маленький и незаметный, находясь в строю, он был практически невидим, не глазу, но вниманию. Что он делал здесь? Почему он стоял сейчас именно в этом месте, а не каком либо другом? Что ожидает его в будущем? Ни один из этих вопросов не возникал в голове Чена – именно так звали солдата. Солнце слепило глаза, но он не жмурился. Когда ещё он увидит его, стоя на родной земле, вдыхая чистый степной воздух? Последний взгляд, последнее действие, всегда самое сильное, самое запоминающееся.//

    Лерак де Ла Моль:
    Стоя на подиуме, сооружённом вблизи пускового стола, Густав Линдберг близоруко щурился, прикрывая глаза ладонью. Раскалённое азиатское солнце слепило, отражаясь от желтовато-белёсой, раскинувшейся на тысячи миль степи, на фоне которой строения космодрома, сборочные цеха, пусковые установки и нитка заржавевшей, поросшей ковылём железной дороги, выглядели неуместно и казались миражами, вызванными знойным дыханием газового гиганта. Гиганта, из под опеки которого, впервые в своей истории, человек пытается вырваться. Грандиозно..
    Линдберг устало опёрся о перила невысокого заборчика по краям площадки. День начался давно и, казалось, тянулся бесконечно. Проснувшись ещё задолго до рассвета, профессор сложил необходимые бумаги в небольшой портфель (основная часть вещей и аппаратуры была уже на борту «Авроры») и наскоро позавтракав, простился с женой. Прощанье получилось будничным, и хотя Эльза порывалась проводить мужа хотя бы до Риги, Линдберг настоял на том, чтобы проститься на крыльце их маленького коттеджа на берегу Ботнического залива. Махнув ещё раз на прощанье рукой, Густав уселся на заднем сидении уже поджитавшего его такси и развернул свежий выпуск утренней газеты. Однако, как следует вчитаться он так и не успел, экипаж шустро набирал скорость и вот уже под его лакированным дном мелькнуло подёрнутое лёгкой дымчатой рябью зеркало Балтики, возник и мгновенно исчез позади остров Висбю. Спустя пару минут в розовых лучах нового дня впереди возникла акватория Рижского залива, на восточном берегу которого раскинулся древний город, история которого теряется во мраке веков, когда не только подобные экспедиции были невозможны, но и даже сама мысль о них казалась крамольным бредом. Расплатившись с таксистом и пройдя символический таможенный досмотр, Линдберг отправился к зданию вокзала Земного сообщения. Рейс до интересующей его точки назначения отправлялся с платформы Z-14 через 5 минут. Заняв положенное место, профессор откинулся на спинку кресла и погрузился в свои мысли. Впереди его ждала работа, уникальная, недоступная никому до него. Впрочем перспектива самого полёта Линдберга как раз таки не сильно вдохновляла, к путешествиям за пределами слоёв атмосферы швед относился прохладно. Впрочем, ради открывшейся перед ним перспективы, профессор готов был стерпеть и не такие превратности судьбы
    Территорию Союза преодолели на удивление быстро и в скором времени Линдберг занял своё место среди группы пионеров межзвёздных сообщений. Стоя в толпе и прикрывая глаза от палящих солнечных лучей, мужчина думал об «Авроре» и о том, что его ждёт на её борту.//

    Лезер:
    «Чего только нету, чего только нет
    На этом на белом на свете,
    Нам выпал счастливый и трудный билет -
    Мы века двадцатого дети», - звучали слова песни из далёкого двадцатого столетия, песни, исполненной романтикой новых горизонтов не меньше, чем все, что были сочинены лишь недавно. Даже тот, кто русского не знал, и кому стоявшие рядом друзья переводили напетое, ощущал, как словно бы невидимая нить связала космических путешественников из двух разных веков.
    Тем временем сама песня уже завершалась:
    «Небесная высь, океанское дно
    Раскроет секреты однажды
    Нам жить интересно и весело, но
    Но всё-таки хочется,
    Хочется страшно

    Хоть глазочком
    Заглянуть бы,
    Заглянуть в грядущий век
    И узнать бы,
    Что за судьбы,
    И узнать бы,
    Что за судьбы ждут тебя,
    Ждут тебя, Человек!»

    По космодрому прокатилась волна аплодисментов. Как только они стихли, ведущий церемонии, один из самых известных голосов Британии, подошёл к микрофону и объявил собравшимся:
    - Леди и джентльмены, по просьбе профессора Сеничева, его речь переносится на конец церемонии прощания, после всех остальных выступающих. А теперь, пожалуйста, прошу подойти к микрофону астронома, члена академии наук КНР, Лю Цземиня...
    Слово перешло китайскому учёному, а за ним и ещё нескольким людям. Говорили немного и о разном, кто-то с большим пафосом, кто-то с меньшим, и было заметно, что старались не повторяться. Наконец, к микрофону подошёл и «научрук» экспедиции. Это был уже пожилой, ничем особо не выделявшийся человек в опрятном костюме, с седыми волосами вокруг облысевшей макушки, носивший старомодные очки вместо имплантированных глаз, и в целом ничем не примечательный. Но когда он заговорил, на космодроме затихли все.

    Говорил он неспешно, с расстановкой и без единой запинки, что в купе с проникновенным голосом и правильно построенной речью создавало исключительно приятное впечатление. Говорил на русском – по собственной просьбе, хотя и знал английский – и после каждого смыслового отрывка в дело вступал переводчик-синхронист:
    - Уважаемые друзья и коллеги! Рад приветствовать вас в столь великий для человечества день. Мне выпала, я бы сказал, неизмеримая честь руководить работой «научной» части нашей экспедиции, и когда я говорю «честь», я вкладываю в него весь смысл этого слова. Ведь всем нам предстоит стать… первыми, действительно первыми, кто своими глазами увидит новые миры и новые звёзды так же, как мы с вами сейчас видим наше прекрасное солнце. Мы увидим, возможно, новую жизнь и новых, невиданных существ, увидим планеты, которые нам с вами когда-то предстоит назвать домом. Не буду много говорить о грядущем: и я, и вы прекрасно знаем, что нашей экспедиции предстоит множество чудных открытий. Хочу на прощанье сказать вам одно, друзья: не печальтесь, ведь сколько бы парсек ни разделяло нас, мы всегда будем помнить о вас, о нашем доме и о Голубой планете. Не могу, конечно, не упомянуть моего советского соотечественника, который в далёком теперь тысяча девятьсот шестьдесят первом году первым вышел в космическое пространство – Юрия Алексеевича Гагарина. Вспомните, какая улыбка играла у него на лице перед самым полётом. Вспомните, с каким энтузиазмом он рвался в первый полёт и вспомните, наконец, как он сказал «Поехали!», когда включил зажигание «Востока-1» Вспомните, и вы поймёте, что не стоит в этот день грустить и отчаиваться, потому что мы, все мы – обязательно вернёмся домой. И когда вы с замиранием сердца будете слушать сообщения о том, что «Аврора» достигла системы Альфы Центавра, вспоминайте мои слова, вспоминайте нас и надейтесь на скорую встречу. Спасибо!//

    Альтаир:
    Слова, сказанные Сеничевым, заставили Харпера вздрогнуть. Взгляд судорожно стал прочесывать толпу, в поисках тех, кто пришел простится с ним перед долгой, возможно вечной разлукой.
    Когда тишину разорвал шквал аплодисментов, он наконец увидел ее. Смахивая, покатившуюся по щеке от проникновенной речи, слезу, она смотрела в его сторону. Несмотря на грусть на ее лице, глаза ее светились радостью. Малютка на ее руках и мальчик лет пяти рядом. Они провожали его в путешествие. Провожали, надеясь на новую встречу.
    Его глаза увлажнились. Он наконец осознал всю грусть, заключенную в этом моменте. И радость. Радость за то, что когда-нибудь его дети, его внуки отправятся вслед за ним к далеким звездам, по проторенному им пути. Все-таки ему суждено оставить свой след в истории. Как и всем тем, кто сейчас стоял вместе с ним на помосте. И тем, кто сейчас готовил «Аврору» ко взлёту.
    Не удержавшись, он помахал жене и детям, надеясь что они видят его. Что они будут помнить и ждать его.//

    Лезер:
    И они действительно его увидели. Первой Харпера заметила супруга, она всегда первой различила бы его из тысячи лиц, и она тут же указала детям в сторону отца и помахала Джеку рукой, как и сын вместе с ней. Одного было жаль - их крик потонул в гуле аплодисментов.//

    Лезер:
    Тем часом всё снова стихло, и на экране, установленном позади подиума, появилась фигура «Старого Гётца», как называли во флоте капитана «Авроры». По обе руки от него выстроились клином и его товарищи по мостику. Шетрнберг на мгновение скосил взгляд на зелёный свет индикатора, чтобы удостовериться, что идёт эфир, и начал говорить:
    - Добрый день, дамы и господа. Через несколько часов наш корабль отправится в первое межзвёздное путешествие, и поверьте, я, как и все остальные здесь, на борту, со всей полнотой ощущаю всю важность момента. Все нужные слова были сказаны здесь ещё до меня, а потому ограничусь следующим: со своей стороны могу гарантировать, что все ваши родные, друзья и близкие вернутся домой в целости и сохранности. С этого момента я и мои товарищи берём их под личную опеку, и будьте уверены - «Аврора» будет для них самым безопасным местом, какое только можно придумать. От лица всего экипажа хочу попрощаться с Землёй и со всеми, кто будет ждать нашего возвращения. Удачи - и до новых встреч.
    Прошло несколько секунд, и экран погас.
    - Ну вот мы и простились, - без видимой грусти сказал Герхард, и разве что Леви, у которого за плечами было несколько лет работы с кэпом, почувствовал в его голосе какую-то едва различимую тоску. – Напоминаю, что если кто-то захочет поговорить напоследок с родными, терминалы будут в вашем распоряжении до самого старта.//

    Августин:
    - И не советую с этим затягивать, если есть желание, то лучше исполнить его сейчас, пока нет работы. И нет очереди, -- добавил он чуть погодя, улыбнувшись.
    - Какие следующие распоряжения, товарищ капитан? -- поинтересовался Аккерсдейк, -- или просто ещё раз, уже точно последний, проверить правильность распределения мест на корабле для всех прибывающих? //
    Лезер
    - Вы сами и ответили на вопрос, первый помощник, - кивнул с улыбкой капитан. - Как только исполните, возвращайтесь на мостик и занимайте свой пост, оттягивать с отлётом не стоит.//
    Августин:
    - Так точно, сэр! -- бодро отчеканил Леви и резко развернувшись громко зашагал к выходу с мостика. Выйдя, он осмотрелся по сторонам, окидывая взглядом пока ещё не совсем привычные места //

    Лезер:
    Окружение, впрочем, хоть и было непривычное, но в целом мало отличалось от структуры крейсеров, на которых Аккерсдейк служил раньше, и он это ощутил уже тогда, когда ообегал весь почти километровый корабль и проверял готовность к приёму остальной части экипажа. Корабль в целом представлял собой большую, вытянутую и многоярусную конструкцию: основная часть состояла из достаточно узкого продольного отсека, служившего главной транспортной артерией между носом и кормой, вокруг которого было сооружено широкое и слегка уплощённое трёхъярусное кольцо, где размещались жилые каюты и большинство складских помещений. Дальше упомянутый отсек переходил в гораздо более широкую носовую часть корабля, соединённую также с передней частью кольца и вытянутую наподобие носа реального боевого корабля, кое-кому она могла напомнить носовую часть «звёздного разрушителя» из знаменитой когда-то саги «Звёздные войны», хотя нос этого отсека и не был столь заострённым. В том месте, где была проведена условная граница между основным и носовым отсеком, присутствовала сужавшаяся к верху настройка в виде ещё двух небольших ярусов, по ширине она была лишь чуть больше центрального отсека. К слову, в задней части оного в наличии также имелась большая надстройка с неким подобием мостика того самого «разрушителя», только он был немного другой формы и был это вовсе не мостик, а главный наблюдательный пункт, в котором находилась специально оборудованная обсерватория для астрономов. Настоящий же мостик находился в сердце носового отсека, ближе к кольцу, и был, пожалуй, самым защищённым местом на корабле, кроме машинного отделения. В непосредственной близости от него находились и лифты, и удобная сеть проходов, ведущих во все стороны. В боковых частях отсека, под нижними ярусами, располагалось по два передних сопла, применявшихся для того, чтобы дать крейсеру в космосе обратный ход. Что же до основных двигателей, то реактор с машинным отделением располагался в глубине центрального отсека, и основные сопла выходили в совсем небольшой хвостовой отсек крейсера, служивший лишь для прикрытия и обслуживания «ходовой части».
    По счастью, ангары находились не так уж далеко от мостика и занимали как раз переднюю часть кольца и часть носового отсека, и именно их старпом собирался инспектировать в первую очередь. //

    Usagi:
    Капитан. Так он выглядит, так он говорит. Капитан это большая личность. Возможно, ей когда-нибудь удастся взять у него интервью. Не сразу, конечно, а в спокойное от полёта и суеты время. Потому что такой репортаж соберёт огромнейшую массу и зрителей и читателей.
    Айрис продолжала осматривать толпу, словно что-то подмечая для себя, на секунду задерживаясь взглядом буквально на каждом члене экипажа. Прикидывая, кто лучше пойдёт на контакт, а кто более фотогеничен, эдакая небольшая психологическая оценка, как ведёт себя человек, насколько он замкнут, или наоборот, развязан. //
     
    Последнее редактирование модератором: 29 окт 2013
  2. Лезер

    Автор
    Автор
    Лезер
    Member
    Регистрация:
    13 ноя 2010
    Сообщения:
    355
    Баллы:
    18
    Лучших ответов:
    0
    Лезер:
    Тем временем официальная часть церемонии завершилась. Всем отбывающим дали примерно минут тридцать на то, чтобы попрощаться с родными, и пока они сходили с подиума, для них зазвучала в живом исполнении последняя, прощальная песня:

    «Ночь прошла, будто прошла боль,
    Спит земля - пусть отдохнет, пусть.
    Ведь у неё, как и у нас с тобой,
    Там, впереди, долгий, как жизнь, путь.

    Я возьму этот большой мир,
    Каждый день, каждый его час,
    Если что-то я забуду,
    Вряд ли звёзды примут нас.

    Я возьму щебет земных птиц,
    Я возьму добрых ручьёв плеск,
    Я возьму свет грозовых зарниц,
    Шёпот ветров, зимний пустой лес.

    Я возьму этот большой мир,
    Каждый день, каждый его час,
    Если что-то я забуду,
    Вряд ли звёзды примут нас.

    Я возьму память земных вёрст,
    Буду плыть в спелом, густом льне.
    И там вдали, там, возле синих звёзд
    Солнце Земли будет светить мне.

    Я возьму этот большой мир,
    Каждый день, каждый его час,
    Если что-то я забуду,
    Вряд ли звёзды примут нас.
    Если что-то я забуду,
    Вряд ли звёзды примут нас...» //


    Pink_Panther:
    Рендалл покачал головой и удовлетворённо усмехнулся. Сам факт того, что он смог своей единственной фразой вселить в человека желание опровергать и спорить, а, тем более, сбегать от возможных контраргументов, всегда веселил и тешил самолюбие ведущего инженера. Неприятие его принципов или поведения было обычным делом, и Рендалл Раймонд не делал из этого трагедии. Наоборот, он превозносил это, делая упор на уникальность собственных взглядов и суждений. Ну а, если говорить начистоту, зачем спорить с тем, кто не разделяет твоего мнения? Переубеждённый, такой человек не будет искренне поддерживать идею. В противном же случае это были лишь пустые траты, как времени, так и личных сил.
    - Вскоре начнётся посадка, мистер Раймонд, - напомнил представитель концерна. Рендалл кивнул, в большей части самому себе и своим мыслям, чем корейцу, а затем повернулся, поднял чемодан и бесцеремонно похлопал менеджера по плечу:
    - Надеюсь, без меня Galaxy Solutions не пропадёт. Звоните, если что.
    Кореец улыбнулся и закивал. Мол, не пропадёт. Рендалл, глядя куда-то в сторону, на площадку, где и должна была производиться процедура посадки, поиграл свободной кистью, одёрнул светлый тренч и зашагал туда, куда смотрел.//

    Лезер:
    Через полминуты перед Раймондом уже предстал большой транспортный челнок, один из тех двух, что собирались доставить учёных и солдат на орбиту - довольно вместительные, но от своих габаритов не менее красивые корабли. У трапа с карабинами стояли двое солдат из числа охраны космопорта, облачённые в полный бронекостюм за исключением шлема, вместо которого на них были чёрные береты с кокардой в виде красной звезды. Один из них сделал шаг по направлению к Рендаллу и с сильным русским акцентом проговорил:
    - Здравствуйте, ваши документы, пожалуйста.//

    Pink_Panther:
    Рендалл окинул взглядом челнок, соотнеся все факты и догадки, примерно догадался, с какой целью потребовалась проверка документов, и полез во внутренний карман плаща, после чего продемонстрировал солдату две ID-карточки – синюю и красную.
    - Рендалл Раймонд, ведущий специалист Samsung Galaxy Solutions, Японско-Корейский Союз, солдат, - пояснил он содержание синей карточки, большего размера и с большим логотипом концерна. Красная карточка также была именной, но именно она была пропуском на корабль – личная карточка приглашённого специалиста.
    - Надеюсь, паспорт предъявлять не понадобится? Он у меня в чемодане, а там слишком много вещей. С лёгкостью его не отыщешь, - Рендалл чуть приподнял бровь.//

    Лезер:
    - Нет, не понадобится, можете проходить, - солдат характерно кивнул на проход и отошёл в сторону, приготовившись принимать следующих.//

    Лезер:
    Где-то в процессе всего этого действа к Линдбергу сквозь поредевшую толпу пробрался уже виденный им академик Сеничев. Следом за ним, прижимая к груди блокнот с карандашом, шагала неприметная девушка со светлыми волосами, собранными в хвост, ростом где-то по плечо Густаву, ниже даже самого Андрея Николаевича. И что характерно - тоже с очками, правда, следует сказать, что у всех троих они были с довольно большим функциональным набором, так как могли выводить виртуальный интерфейс и информацию об объекте, на который смотрел владелец, чем выгодно отличались от своих дальних предшественников.
    - Здравствуйте, Густав, - сказал астрофизик, горячо пожав руку лингвисту. - Как добрались? Я ещё вчера обещал вас познакомить с вашей новой подопечной, вот, знакомьтесь, Рейчел Кимберли, очень способная молодая барышня.//

    Лерак де Ла Моль:
    Линдберг пожал протянутую руку и ответил на неплохом русском языке:
    - Ещё раз благодарю за приглашение, Андрей Николаевич, это большая честь для меня. Подобный шанс выпадает не просто один раз за всю жизнь, но и возможно за жизнь целого поколения! За помощницу отдельное спасибо, увы, в последнее время без секретаря я как без рук, тем более в таком путешествии. Мисс Кимберли, рад знакомству! - в разговоре со своей новой спутницей Линдберг уже перешёл на английский, - нас ждёт много работы, но я думаю мы сработаемся. Обещаю не донимать вас своим старческим ворчанием и держать его при себе, - добродушно улыбнулся профессор. -Что вы кончали?//

    Лезер:
    - Взаимно, мистер Линдберг! - с улыбкой ответила девушка, в её английском чётко ощёщался американский выговор. - Я из университета Иллинойса, Урбана-Шампейн, магистерскую программу проходила в Гарварде на факультете искусств и наук. По основному профилю у меня китайский, ещё знаю французский, японский и немного вьетнамский и немецкий.
    - Мисс Кимберли немного стесняется, Густав, - сказал Сеничев. - Но она ещё и в древнекитайском разбирается! - он поднял вверх указательный палец. - Поверьте, из молодых она лучший кандидат, которого мы вам сумели подобрать. Как Алиса Силезнёва, ей-богу, - старый академик рассмеялся. - Ну что ж, не буду вам мешать, мы ещё увидимся на корабле на инструктаже, а пока - до скорого.//


    Usagi:
    Торжественные речи закончились и всем предоставили возможность попрощаться с родными и близкими. Айрис была здесь одна, и утруждать себя сейчас работой ей не требовалось, поэтому она просто отошла в сторонку подальше от общих масс, остановившись возле перил и положив там же свою сумку. Девушка продолжала проявлять спокойствие, интерес в ее глазах словно поник, будто она уже увидела здесь всё, что можно было увидеть, и смотреть больше не на что.
    Журналистка достала из сумки электронный дневник, сделав там пару записей: «13:27. Приготовления завершены. Вылет через полчаса». //

    Альтаир:
    Прощание прошло безмолвно и быстро. Да и что было говорить? Ей было тяжело. Детям еще сложнее было смириться с мыслью, что они никогда больше не увидят отца. Да и он чувствовал себя не легче. Обняв напоследок супругу, потрепав волосы сына и поцеловав дочь, он поднял тяжелую сумку с земли и направился к прибывшим челнокам. Вскоре он будет на борту одного из них. Еще через какое то время окажется на борту «Авроры», которая станет ему домом на долгие годы...

    Беспринципный опоздун уже топтался у трапа одного из челноков. Поодаль от толпы расположилась девушка с электронным дневником, выбивавшаяся из общей массы гражданских своим видом. Приметив подле нее объемную сумку, Харпер догадался что она так же ожидает посадки на борт. Впрочем задерживаться и разговаривать с кем либо у него желания не было. Широким шагом он пересек оставшееся расстояние до челноков, и напоследок обернулся, махнув на прощание рукой своим родным.//

    Crour_Vult:
    «А ведь прошло уже лет семьдесят с тех пор как я последний раз был здесь, почти ничего не изменилось». Он намерено задерживался, не желая отпускать это ощущение. Он не интересовался учёными и военными – они все были так хорошо знакомы и так предсказуемы, любопытнее было смотреть за простыми людьми: когда ещё представится такая возможность? Поставив на треть опустошённую бутылку вина, он посмотрел на небо. Какие мысли проносились в его голове, не смог бы угадать никто. А ему не было ровно никакого дела до всей этой суеты с посадкой и прощанием, его не удерживало здесь ничего, кроме возможности ещё раз взглянуть на землю, ведь кто знает, когда он в следующий раз окажется здесь.//

    Егор Тишин:
    В челноке, в котором суждено стало оказаться Эрнану, было довольно приятно находиться: всё было освещено мягким белым светом. Почему-то в голову пришло сравнение с холодильником. Комфортная температура и посадочные места, сделанные из такого же светлого и мягкого, как этот свет, материала создавали самое приятное впечатление. Оставалось ещё время до вылета, но Васильесу было не с кем прощаться: из родственников в живых оставалась только парализованная бабушка, к которой он зашёл перед отправлением, а друзья… Друзья его остались на Кубе и сейчас, скорее всего, смотрят эту церемонию. Сев и пристегнувшись, он почувствовал умиротворение после утомительного нахождения на том подиуме. Вскоре стали подтягиваться и другие пассажиры.//

    Usagi:
    - Айрис Хадсон, СМИ. - сказала журналистка, добравшись до челнока, в одной руке сжимая сумку, а другой показывая карточку идентификации, при это слегка улыбнувшись проверяющему. С документами проблем быть не должно, хоть прессу и не любят, но допуск нескольких репортеров на корабль был разрешен и получен. //

    Альтаир:
    Обернувшись и сделав было пару шагов к кораблю, Харпер обнаружил что девушка с дневником уже прошмыгнула вперед него и уже проходила досмотр. Усмехнувшись под нос, Джек полез в карман за документами, попутно пристроившись в очередь.//

    Лезер:
    - Угу, проходите, пожалуйста, - сказал солдат, прочитав информацию на карточке, и как-то иронично ухмыльнулся при этом. Проходя по трапу, Айрис краем уха услышала, как охранники о чём-то переговариваются на русском, но чётко слова не различила.
    - Хы-хы, видел? Накрашенная.
    - Ага, суперзвезда вся из себя.//

    Альтаир:
    В отличие от девушки, Харпер услышал переговоры охранников. Но вдаваться в смысл слов не стал. Зачем? Ему не хотелось знать отношение гвардейцев к девушке, которых он видит в первый раз. Сейчас больше всего ему хотелось оказаться на борту челнока и какое то время покемарить перед стыковкой к «Авророй». Нет, эта посудина у него тоже не вызывала восторга. В первый раз, что ли, на родео?
    Наконец подошла его очередь.
    - Коммандер Джек Харпер. ВКС США, - коротко представился он с некоторым акцентом на русском языке, протянув документы охране.//

    Ким:
    Никуда не спеша, Мёнсин дожидалась своей очереди на погрузку у челнока. Из личных вещей при ней была лишь относительно небольшая сумка; все по-настоящему ценное - лабораторное оборудование, все данные, компьютер - уже находилось на корабле. //

    Лезер:
    - О, ёпт, русский знает, - выдал второй охранник и осёкся. Первый тем временем проверил данные с карточки и, кивнув, с лёгкой улыбкой сказал космопеху:
    - Так точно, всё в порядке, проходите, - тут он перешёл на английский, заметив кореянку. - Ваши документы, пожалуйста.//

    Ким:
    - Ким Мёнсин. - по-английски же ответила кореянка, протягивая солдату документы, - научный отдел.//

    Лезер:
    Солдат слегка прищурился в попытке осилить и прочесть сложное сочетание символов латиницы, призванных передать фамилию медика, и через пару секунд сказал с кивком:
    - Всё верно, прошу вас.//

    Альтаир:
    Джек едва заметно усмехнулся, забирая документы и засовывая их в карман военного жилета, надетого поверх полевой формы темно-синего цвета с шевронами и знаками отличий бойца спецподразделения. Закинув сумку за плечо и поднявшись по пандусу, он, на русском, достаточно громко произнес:
    - Ду'гацки 'усски язык, - картавя больше, чем обычно. После чего, расплывшись в широкой самодовольной улыбке, прошел в чрево космического аппарата, мимо уже облюбовывавшей друг друга парочки.

    «А ведь еще от Земли не оторвались,» - хмыкнул он, покосившись на них. Вскоре было найдено свободное место у иллюминатора, сумка заброшена в багажный отсек над сидениями. А Харпер, пристегнувшись страховочной системой, наблюдал за продолжающейся погрузкой сквозь стекло.//

    Pink_Panther:
    - Ммм, СМИ. Возьмёте у меня интервью, мисс Хадсон? - хитро улыбнулся ещё не отошедший Раймонд, явно собравшийся дождаться, пока девушку проверят, и пройти вместе с ней. Окинув взором золотистых глаз Айрис с ног до головы, он на секунду задержался на её... верхней одежде, а затем вновь взглянул журналистке в лицо, смотря поверх информационных очков.
    «Хорошая... фигура, однако.» - подумал инженер, последовав внутрь челнока.//

    Usagi:
    Айрис остановилась, повернувшись на голос. Тот суетливый человек, опоздавший на церемонию. Она оценивающим взглядом окинула его. Киберпротезы. Руки, и глаза тоже. Многие ставят их не после несчастных случаев, как например ее собственная рука, а чтобы улучшить свои способности, слух, зрение, силу. На миг в ее глазах промелькнуло любопытство - есть ли в этом человеке еще что-либо механическое?
    - Если вы согласитесь его дать. - задумчиво ответила девушка, будто проверяя, правду говорит Рендалл или разводит ее. //

    Pink_Panther:
    - Хех. У меня брали интервью десятки журналистов, и я никому не отказывал, - самодовольно заявил Рендалл и вновь улыбнулся своей белоснежной улыбкой, которой так часто светил с экранов телевизоров.
    – Если работаешь в такой сфере, как высокие технологии, поневоле приходится быть в центре внимания. А если вы ещё и интересуетесь новинками рынка имплантов и аугментаций… А я вижу, вы ими таки интересуетесь, - он аккуратно, как бы невзначай, коснулся кибернетического протеза журналистки, - то вы, несомненно, могли меня видеть на одной из презентаций нашего подразделения, Galaxy Solutions. Желаете узнать больше?//

    Usagi:
    - Простите, думаю сейчас не самое удачное время для интервью. - улыбнулась Айрис, поправляя съезжающую с плеча сумку - она выглядела довольно тяжеловатой для столь презентабельной фигуры журналистки. - Ну, вы понимаете, камера, запись, и всё такое... - Найдя свободное место, она уселась в него, опустив вещи рядом. //

    Ким:
    - Благодарю.
    Ким приняла свои документы обратно и прошла внутрь. Буквально через пару шагов снова показался псевдояпонец, уже вовсю заигрывающий с легкомысленного вида барышней. Не озабочиваясь тем, что посмотреть в их сторону, Мёнсин заняла первое попавшееся свободное место - рядом с мужчиной, который, кажется, проходил контроль прямо перед ней.//

    Лезер:
    Через некоторое время позади них подсел ещё один субъект, перед этим пристроив собственные пожитки рядом с сумкой Харпера. Затем, представ перед Джеком и Мёнсин, он обратился к первому, и в его речи Харпер услышал чистейший британский выговор:
    - Прощения прошу, коммандер Джек Харпер?
    Это был подтянутый молодой человек ростом и сложением под стать самому Джеку, и тоже в полевой форме с нашивками спецназа, только зелёных тонов, как было принято в ЕСС. Ничем особенно не выделявшийся, кроме соломенных вихрастых волос и проницательного взгляда, он нерешительно протянул американцу раскрытую ладонь.//

    Альтаир:
    Толпа медленно продвигалась, несмотря на то что проверка документов была всего лишь условной. В какой то момент солдату даже захотелось знать, попытается ли кто-нибудь действительно пробраться на борт челнока, не будучи приглашенным в состав экипажа. От этой мысли его отвлек некто, примостившийся на сиденье рядом с ним.

    Харпер отвлекся от созерцания пейзажа за стеклом, и мельком оглядел соседа. Точнее соседку. Азиатка, давно разменявшая третий десяток лет... Его внимание отвлек другой человек. Как ни странно военный, с нашивками спец.подразделения ЕСС.
    - Прощения прошу, коммандер Джек Харпер? - солдат протянул руку Харперу, немало удивив последнего.
    - Так точно. А вы? - поинтересовался коммандер, ответив на рукопожатие.//

    Лезер:
    - Сержант Саймон Эркенвальд, - лаконично представился солдат. - Я из спецотряда «Квазар», вы уже в курсе, наверное, вас ведь назначили заместителем командира. Вот, хотел познакомиться.//

    Егор Тишин:
    Тем временем Эрнан достал наушники (sic!) и много раз ремонтированный старичок-walkman. Он, вынужденно ли, по своему желанию ли, очень любил классику XX века во всём. Быть может, это связано с тем, что в детстве он имел доступ только к этим предметам культуры, но Фернандо очень гордился своими вкусами. Кубинец пролистал исполнителей до Дэвида Боуи. Заиграла «Space Oddity», под которую он закрыл глаза и почувствовал себя как будто бы в прошлом. В прошлом, о котором он столько знает и не знает ничего.//

    Альтаир:
    - Ну, будем знакомы, сержант, - улыбнулся Харпер. - А я вот, к сожалению еще не со всеми знаком. Командование решило, что знакомиться полезнее по ходу дела. Не лучший подход, но командованию, думаю, виднее.//

    Лезер:
    - Да я, признаться, и сам не очень этого понимаю, коммандер, - слегка улыбнулся Саймон и вновь посерьёзнел. - На самом деле нас свели вместе ещё несколько месяцев назад, тренировались под Бирмингемом, но буквально накануне с нашим замкома случилась какая-то история, и... одним словом, пришлось срочно искать замену, и замену опытную, - он пожал плечами. - Не знаю точно, что за история, командир вам лучше расскажет.//

    Альтаир:
    - Да, было бы интересно узнать, что там произошло, - Джек улыбнулся. Он ведь ничего не знал и о командире «Квазара», ни о предназначении боевой группы. Ровным счетом ничего.
    - А я служил на «Бирмингеме». Забавное совпадение, - едва заметно усмехнулся Харпер, переведя разговор, желая узнать получше своего нового подчиненного. Бросив беглый взгляд в иллюминатор и осознав что посадка практически подошла к концу.//

    Лезер:
    - Действительно, - на лице Эркенвальда вновь появилась характерная, едва заметная улыбка. - Ну а для меня это родной город. Хотя родился я в Девоншире, да. Не буду вам мешать сэр, думаю, по прибытии у нас ещё будет время, - сказав это, Саймон откозырял коммандеру и, легко кивнув, удалился к себе на место.//
    Альтаир:
    Харпер кивнул в ответ, и вернулся к неторопливому осмотру пассажиров челнока. Кроме азиатки на соседнем месте, и сержанта из «Квазара», Джек ещё раз приметил странную парочку из наглеца и блондинки, сидевших поодаль, солдата с нашивками вооруженных сил КНР (складывалось ощущение, что азиатов на борту больше, чем представителей других наций), и еще парочку человек, выделявшихся на фоне остальных теми или иными чертами. Тихо хмыкнув, Харпер вновь вперил взгляд в иллюминатор.//

    Pink_Panther:
    Раймонду ничего не оставалось делать, как уместиться рядом с Айрис, поскольку, пока они разговаривали, все места поближе оказались заняты. Пристроив чемодан тут же и придерживая его ногами, он снял тренч, мешавший ему комфортно расположиться в сиденье, обнажая голубую рубашку с бежевым жилетом и серебристое покрытие аугментированных рук. Намереваясь пока исправить досадное поведение сервоприводов, инженер активировал инженерный режим глазных имплантов и решил провести кое-какие тесты.//

    Usagi:
    Инженер мог заметить, что Айрис буквально сверлит его глазами, рассматривая протезы, будто видит их впервые.
    - Как вы получили эти аугментации? - наконец спросила она, не для печати, а скорее из личного интереса. //

    Pink_Panther:
    Раймонд, вмиг посерьезневший, отвлёкся и повернулся к источнику звука. В этот момент Айрис могла заметить изменившийся цвет глаз Рендалла, но тот почти сразу же отвернулся.
    - Специальная программа компании. Лучшим специалистам отдела разработки имплантов предложили пройти экспериментальные курсы терапии, а вслед за ними – имплантационные операции по совершенствованию собственных возможностей. Не все на это пошли, боясь определённого дискомфорта и сложности в адаптации, поэтому в программе участвовали довольно немногие. Но многое из того, что сейчас во мне и на мне, я разрабатывал сам, а в своих силах я привык не сомневаться, - ответил инженер, сканируя собственную руку и оценивая состояние элементов.//

    Usagi:
    - Внутри тоже есть механика? - Айрис пронзающим и изучающим взглядом снова уставилась на тело Рендалла, хоть это и выглядело неприлично. - Моя рука... - она приподняла левую руку с механической кистью и подвигала пальцами. - Не эксперименты. Последствия дорожной аварии. Пришлось ставить протез. Но с ним лучше. - девушка слегка улыбнулась, задумавшись о чем-то своем. //

    Pink_Panther:
    - Авария... Прошу извинить, если я вас там, около входа, чем-то задел, - медленно проговорил Рендалл, подвигав рукой. Если нейропроцессор правильно распределил усилия приводов, то после нескольких минут бездействия всё будет в порядке. Рендалл отключил сканер инженерного режима и вновь обрёл привычный цвет радужки.
    - Внутри? Да. В основном, нейроэлектроника. Операция на глазных яблоках. Также кардиопротез... Нестандартный набор, но довольно эффективный.//
    --- Добавлено: 30 окт 2013 ---

    Августин:
    Проведя взглядом слева направо, медленно и внимательно, Леви опустил голову и поймал взглядом начищенную до блеска обувь.
    - Да, здоровенная хреновина, мать её, - после глубокого вдоха на выдохе пробормотал он себе под нос, качая головой.
    Постояв так ещё мгновение, товарищ старший помощник резко повернулся налево и быстро зашагал в сторону жилых помещений, намереваясь проверить, всё ли там в порядке и всё ли готово, заодно, быть может, заглянуть в свою каюту, если там ничего не изменилось с последнего его визита, на что он очень рассчитывал, делать одну и ту же работу по нескольку раз его не то, чтобы совсем не радовало, но несколько раздражало, с другой стороны, он прекрасно понимал, что сейчас это не лишнее //

    Лезер:
    Достигнув жилого отсека и попутно пройдя сквозь ангар, Аккерсдейк отметил про себя, что уже не наблюдал такой беготни и копошения матросов, как ещё несколько минут назад. Суета и спешка потихоньку сошли на нет: большая часть членов экипажа просто стояла на местах или где-то поблизости, пользуясь короткой передышкой между окончанием подготовки и прибытием челноков, остальные в размеренном темпе доделывали остатки работ, в целом же, казалось, всё было готово. Где-то на полпути к собственной каюте старпом встретился со своим недавним знакомым - русским Мичманом по фамилии Борисов, который был на этой палубе одним из боцманов и руководил работой подопечных матросов. Почти такой же высокий, как Горюнов, но куда более умеренного телосложения, он обладал хоть и простой, но весьма харизматичной внешностью - тому служили живые глаза, курчавые тёмные волосы, слегка скошенный лоб и охотливость в улыбке, что, опять же, отличало его от первого штурмана.
    - Товарищ старший помощник! - оттарабанил он, вытянувшись перед Леви. - Докладываю: все каюты приготовлены и ждут пассажиров. Двери заперты, палуба чиста.
    Леви заметил, как Дмитрий не смог сдержать короткого, еле заметного смешка при слове «пассажиры»: на военном судне это был почти оксюморон.//

    Августин:
    - Вольно, Борисов, - задумавшись на мгновение, отвечал Леви, - рановато вы двери закрыли, надо сначала пассажиров впустить, а уже потом запирать их там, чтобы не набедокурили, - скептически ухмыльнулся офицер, - Как думаете, надо будет устроить им туристическую экскурсию или сами разберутся? Или запереть, вот вы как думаете? - он с интересом и улыбкой смотрел на мичмана, тем временем мысленно благодаря себя за то, что додумался записать все имена и должности более-менее значимых людей в блокнот. И тут же пожалел о том, что не сделал этого на мостике //

    Лезер:
    - Да как по мне, товарищ Аккерсдейк, запереть бы их от греха подальше до самой Проксимы, и будет просто не жизнь, а сказка, - Борисов при этих словах заулыбался, сощурив глаза и мелко закивав головой - ещё одна характерная черта боцмана.
    - Но, считаю, что им лучше показать устройство корабля, - сказал он, уже посерьёзнев. - Готов взять это на себя.//

    Августин:
    - Прекрасно, - одобрительно кивнул Леви, - Будет время, я даже приду посмотреть на всё это. Зрителем, не переживайте, не испорчу ваше представление. Только повежливее с ними, - добавил он после небольшой паузы, - И повнимательнее, а то они наверное натуры ранимые и любопытные. Насчёт первого не уверен, а вот последнее точно, будьте внимательны, я бы даже взял на вашем месте кого-нибудь в конвой. Ну да вам виднее, раз взялись, - лучезарно улыбнулся Аккерсдейк //

    Лезер:
    - Возьмём, товарищ старпом, у меня уже есть тут ребята на примете, - кивнул Борисов. - В машинное всё равно не поведём, гражданским там делать нечего, я считаю. Да и не только им. А в остальном, как видите, всё готово.//

    Августин:
    - Прекрасно, - повторил он и, кивнув, отправился дальше. //

    ***

    Лезер:
    Тем временем процесс созерцания несколько затянулся, до старта челноков оставались уже считанные минуты. Немо услышал, как откуда-то со стороны к нему приближались шаги, через несколько секунд они затихли, и где-то над головой раздался голос академика Сеничева:
    - А с Землёй грустно расставаться, ведь так?
    Профессор замолчал на некоторое время, словно действительно ожидал ответа на риторический вопрос.//

    Crour_Vult:
    «Почему всегда кто-то мешает? Может стоит табличку повесить в духе: стучите перед входом?». Он не поворачивался, пару секунд он даже молчал, но, понимая необходимость послать профессора на посадку, сказал:
    - Нет, она ваш дом, я здесь на экскурсии, может быть лет через сто посещу ещё раз, - не глядя, Немо подхватил левой рукой бутылку, и добавил: - Вы боитесь опоздать?//

    Лезер:
    - Для любого человека Земля - больше, чем просто планета. Даже если его колыбель в сотнях миллионов километров, - произнёс профессор, неожиданно присев рядом с индийцем. - А что до меня, то нет. Я ловлю каждый миг, пока я здесь. Вам, может, этого и не понять, товарищ Нараян, но здесь особенное место. Что-то же заставляет вас сидеть здесь и смотреть на небо.//

    Crour_Vult:
    - Это не любовь к земле, но здесь красиво, - сказало он, и замолчал, были куда более веские и личные причины сидеть здесь. Но он не жалел о потраченном времени, работа могла ждать, и напрямую от него уже ничего не зависело. На секунду в сознании метнулась какая-то мысль, но тут же захлебнулась в новом глотке вина. Он не мог, да и не хотел бы понять академика, пусть у него будет шанс побыть дома на пару минут дольше.//

    Лезер:
    - Вот видите, хотя бы это нас объединяет, - Сеничев при этих словах снял очки, прикрыл глаза и как-то странно улыбнулся. После повисшего ненадолго молчания он продолжил. - Постарайтесь не слишком задерживаться, Немо. Я и сам собираюсь опоздать, но, в конце концов, должны же у нас обоих быть остатки совести?
    Он ещё раз снисходительно улыбнулся Амару, после чего снова надел очки и, оставив индийца в одиночестве, начал неспешно прохаживаться неподалёку от челнока, о чём-то размышляя.//

    Лезер:
    Через какое-то время на соседнее кресло с пилотом-кубинцем бухнулся и Чех. Устроившись поудобнее, он выдал:
    - Ну всё, теперь и ехать можно. С женой простился, детей благословил, теперича и совесть чиста, вроде как. О, что это у тебя за артефакт? - он кивком указал на старичок-Walkman. - Плеер старый? Я такого и в глаза даже не видел. Дашь послушать?//

    Егор Тишин:
    - Почему бы и нет, - достал из кармана сплиттер и вторую пару наушников, - я удивлён, что ты вообще узнал в этом трухлявом кирпиче плеер. Ах да, я же в наушниках. Слышал когда-нибудь подобное, друг? Дэвид Боуи, легенда XX века. Мне кажется, что такую музыку надо слушать только так, не иначе. Послушай-ка это - с этими словами он включил The man who sold the world.
    После песни Эрнан на время остановил воспроизведение и рассказал Чеху историю о том, как эту песню перепел Курт Кобейн, после чего один паренёк подошёл к Боуи и сказал, что тот исполнил отличный кавер на песню Нирваны, вследствие чего Дэвид просто послал мальца на хрен. После хриплого смеха Фернандо заиграла Life on Mars?//

    Лезер: - Ну-ка давай, - Войцех закивал и, вставив один из наушников в ухо, прикрыл глаза, будто бы и впрямь собирался внимать одной лишь музыке, абстрагировавшись от остального мира. И, надо сказать, у него это почти получилось: по крайней мере, на лице у него изобразилось явное удовлетворение от процесса.
    - Да, знаешь, ты прав. Тут совершенно другое звучание. Я этой вещи не слышал никогда, но я прям чувствую. А с каверами, хех, с каверами это вещь известная.//

    Pink_Panther:
    Раймонд ещё даже не успел застегнуть пуговицы на жилете, когда его коммуникатор зазвонил. Вызов производился с неизвестного номера, но Рендалл знал, кто ему позвонил, и ожидал этого звонка. Но руки его всё ещё были заняты, и поэтому инженер включил громкую связь.
    - Мистер Раймонд, - учтиво отозвался женский голос с едва уловимой ноткой синтезированности. – Указание номер 3 от двенадцатого июня активировано и находится в исполнении. Точка прибытия – Сеул, Чунг-Ку, Тэпенг-Ро, 15-Га, 1175, ССП-билдинг. Расчётное время пути - 14 часов. Желаете внести изменения в маршрут?
    Рендалл, мучавшийся с неудобными пуговицами, явно не пролезавшими в прорези новенького жилета, немного подумал.
    - Да. Пересчитай по шоссе Тэнгтонг-S34.
    Повисла краткая пауза.
    - Расчётное время пути – 11 часов. Начать движение по заданному пути?
    - Да. Через два часа уведомить меня об уровне топлива. При возможности – связаться.
    - Есть, сэр, - сообщила собеседница, и звонок прервался.
    Рендалл наконец справился с последней и самой противной пуговицей и спрятал коммуникатор в карман.//

    Лезер:
    В тот же миг до ушей Раймонда донёсся голос пассажира, в одиночестве сидевшего на пару рядов впереди, и разговаривавшего по телефону. Первое, что привлекло внимание - это поразительно чистая британская речь:
    - ...Ага, да. Да, уже погрузились, ждём отлёта. Я-то? Всё в норме, состояние прекрасное. Встретил здесь нашего нового замкома - представляешь, он служил на крейсере «Бирмингем». Да, вот такие у нас курьёзы. Как там в Девоншире, Эшли? Хех, да нет, я не о погоде - за тебя спрашиваю. А-а, ну это отлично. А я вот скучаю, честно говоря. Знаешь, давно я в Дартмуре не гулял. Слушай... давай, как я вернусь, первым делом - туда, а?.. Правда? Обещаешь? Ну это просто замечательно. Спасибо, милая. Ладно... удачи тебе. Я надеюсь, оттуда удастся прислать весточку как-нибудь. Ага, давай. До встречи.//


    Usagi:
    «Установка нейропротезов путём эксперимента...» - Айрис все также внимательно смотрела за Рендаллом, что-то отмечая для себя, пока тот говорил. Безусловно, она знала кто этот человек, ведь его имя было, достаточно известно широкой публике. И сколько раз он уже давал эти интервью? Бомбы не сделаешь. Разве что какими-то нестандартными вопросами, про личную жизнь, например. Или про «Аврору», о секретах которой не слишком-то афишируется, а они наверняка есть.

    Девушка вытащила из сумки небольшую круглую как шарик камеру с маленьким объективом и стала рассматривать ее, вертя в руках. В далеком прошлом было то время, когда камеры у съемочной группы были огромными, и их держали на штативах или на плече оператора. Сея же штуковина снабжалась антигравом, и могла свободно зависать в воздухе, а нетрудная настройка параметров позволяла камере самой выбирать удобный и желаемый ракурс исходя из расположения объектов и освещения, делая качество съемки максимально лучшим.

    Нет, пожалуй Рэндалл Рэймонд не тот, кто ей нужен. Во всяком случае, не сейчас, может быть позже. Айрис слегка повела головой в сторону, оглядывая кресла пассажиров челнока, словно к чему-то прислушиваясь. Играла древняя классическая музыка? Неважно. Скорее всего показалось. Она продолжила осматривать камеру, активировав ее и копаясь в настройках, хотя там всё итак было настроено, но лишний раз проверить не помешает, да и нужно же чем-то скоротать время. //


    Silensio:
    Устроившись на своем месте, мисс Ким мельком оглядела своего соседа. Крепкий мужчина в военной форме явно не был частью научного отдела и едва ли подходил для интеллектуальной беседы, но, к счастью, кореянке было чем заняться: достав из сумки мультипланшет, Мёнсин открыла последний выпуск Journal of Biochemistry и углубилась в чтение.

    Однако наслаждаться знакомством с последними исследованиями в области биохимии ей удавалось недолго: вскоре очередной военный, которых и так в этом рейсе было куда больше, чем нужно, подошел к соседу Мёнсин и шумно начал обсуждать с ним будущее членство в каком-то там отряде. Вне зависимости от её желания, кореянка была вынуждена слушать громкую армейскую болтовню, и сконцентрироваться на тематике статьи в подобных условиях было весьма затруднительно.

    - Эти армейские… - Вполголоса пробормотала доктор Ким на корейском, доставая из сумки микорнаушники и включая Zee Synchro Elorian. Мелодичные синтетические напевы из далеких две тысячи трехсот сороковых услужливо заглушили раздражающий английский говор, позволив Мёнсин вернуться к чтению.//

    Рассказчик:
    Проходя между рядов, солдат-китаец поглядывал на уже устроившихся в креслах пассажиров. Миновав миниатюрную кореянку, на фоне соседа особенно выделяющуюся строгостью и собранностью, внимание Чена привлекла светловолосая барышня, он даже остановился, всматриваясь в черты её лица, кажущиеся знакомыми: где же он её видел? или не её? Поглощенный внутренней проблемой солдат перевёл глаза на соседа девушки – бородатого мужика с искусственными, отливающими серебром руками и светящимися золотым цветом глазами… от увиденного Чен отвёл зрачки в бок, а затем развернулся и всем корпусом, продолжая движение по салону «как будто ничего и не было». Наконец, достигнув свободного места, рядом с мужчиной, шумно говорящим по телефону, солдат уселся поудобнее, давая отдых ногам и спине, слегка затекшим от нахождения в строю.//

    Лезер:
    Сержант Эркенвальд коротко глянул на своеобразного товарища по ремеслу, но так ничего и не сказал, лишь отключил телефон, да спрятал его в нагрудный карман, после чего уставился в иллюминатор.//

    Лезер:
    Прошло ещё несколько минут, прежде чем к индусу подошёл один из солдат, контролировавших посадку на транспортник, и на ломаном английском произнёс:
    - Сэр, вас ждут на корабле. Уже время вышло, сэр.
    Остальные, уже давно занявшие места в челноке, могли чувствовать, что времени прошло явно больше, чем им отводилось изначально.//

    Crour_Vult:
    Кивнув и сделав неопределённый жест рукой, он вновь приложился к бутылке. «Пора, да» - неспешным шагом Немо отправился к челноку, у него было ощущение, что он слышал как скрежещет зубами солдат, но это не имело ровно никакого значения. Если когда-то у него хотели бы спросить документы, то сейчас уже нет, он задержался впереди сам, на пару секунд бросив единственный взгляд куда-то вдаль. Ничего не говоря, он направился вглубь в поисках свободного места.//

    Лезер:
    Вслед за Амаром взошёл на борт и академик Сеничев, при этом нарочито виновато почесав затылок – он был последним «опоздавшим». Раздался характерный гидравлический звук - то задвинулся трап и закрылся люк транспортного челнока. Вспыхнули красные индикаторы на табло над каждым рядом сиденьев. На основном мониторе, висевшем в передней части салона, появилось лицо пилота:
    - Добрый день, дамы и господа, с вами говорит командир космического судна Джойс Лэнгли. Рад приветствовать вас на борту! Мы будем осуществлять перелёт на крейсер ВКФ «Аврора», расчётное время полёта - сорок пять минут. Прошу вас пристегнуть ремни безопасности и не отстёгиваться, пока на табло над сиденьем не загорится зелёный индикатор. Сейчас наши бортпроводники проведут для вас инструктаж по технике безопасности...//

    Pink_Panther:
    «Боже мой. Инструктажи по технике безопасности. Кто вообще соблюдает технику безопасности? Даже те, кто эти инструктажи пишет, чаще всего им не следуют».
    Рендалл пристегнулся, а затем вновь достал коммуникатор, сверился с часами и рассчитал время прибытия. Интересно, каким окажется корабль внутри? Насколько современное оборудование там будет установлено? И чем всё же придётся заниматься там?..//

    Silensio:
    В очередной раз, отвлекая Мёнсин от чтения, на табло вверху загорелась красная лампочка. Остановив плавное течение музыки, доктор вернулась вниманием к окружающему миру. Второй военный соизволил исчезнуть, и сосед кореянки, к её облегчению, больше не вел ни с кем разговоров на малопонятные темы, а просто глядел в иллюминатор. Из динамиков раздавались указания командира, касаемые техники безопасности. Временно вернув планшет на его место в сумочку, Мёнсин застегнула ремень, проверила надежность его крепления и приготовилась слушать инструктаж. До этого ей уже доводилось несколько раз совершать межпланетные перелеты до Марса, но каждый раз она внимательно выслушивала инструктаж, просто на всякий случай. //

    Лезер:
    Через некоторое время инструктаж завершился. Пилоты закончили все нужные приготовления, в равной мере были готовы и пассажиры. Заработали двигатели транспортника, ещё через какое-то время ККС включил форсаж, и челнок пошёл на вертикальный взлёт. Затем убрали шасси, перевели двигатели в основное положение, и корабль, всё ускоряясь, начал плавно набирать высоту.//

    Егор Тишин:
    «Как давно я не спал? Сутки? Больше? Вроде бы позавчера я всё-таки поспал. Да, точно, позавчера. Merda, надеюсь, что сегодня больше ничего не произойдёт. Разве что осмотр истребителей. Да, это всегда успокаивает… Is there life on Maaaaaaaaars? Когда-то люди только мечтали о том, чтобы узнать, есть ли жизнь здесь, в Солнечной системе, на Марсе. И вот, столетия спустя, мы уже летим искать её гораздо дальше. Наверное, Боуи обрадовался бы этому. Думаю, даже написал бы песню. Да, это определённо было бы хитом».
    Эрнан начал проваливаться в сон под мелодичные звуки, но лёгкий толчок из-за отрыва от земли заставил его дёрнуться всем телом и выбраться из вязкой паутины дрёмы. «Осталось немного. Интересно, сильные перегрузки будут»? Он повернулся в сторону Войцеха, которого старт не заставил, судя по всему, даже открыть глаза. Хотя, скорее всего, он и не спал: под веками слегка дёргались зрачки.
    Фернандо вновь откинулся на спинку кресла, но желание немного подремать отпало. Лицо капитана на мониторах сменилось схемой движения челнока и таймером до прибытия на корабль, а также другой информацией, например, о температуре за бортом и высоте.//

    Usagi:
    Айрис понаблюдала за действиями Рендалла, после чего пристегнулась сама. От ее пронзительного изучающего взгляда не ускользнул и останавливавшийся тут на мгновение азиат, которого она не знала. Скорее всего обычный солдат, ибо слишком крупноват и прокачан.
    Журналистка пощелкала по сенсорному экрану камеры, та тихо пожужжала, после чего девушка, смотря на свое изображение, слегка поправила волосы, и негромко сказала:
    - Вылет задержали на 18 минут от положенного срока. Причины неизвестны. Но теперь челнок готов к отправлению. - Айрис повернула камеру на Рендалла, держа ее в руках, ловя в фокус его лицо и плечи, и продолжила, улыбаясь тому обворожительной улыбкой (можно было заметить, что ее зубы идеально ровные и белые, будто прямиком из рекламы по зубной пасте, впрочем в мире современных технологий операции по корректировке внешности давно стали обычным и не слишком дорогим делом.) - Мистер Рэймонд, хотите сказать что-нибудь напоследок, прежде чем мы на долгий срок покинем нашу родную планету? //

    Pink_Panther:
    Рендалл, который явно привык к блеску объективов камер, ничуть не смутился, лишь поправил съехавшие очки, глядя прямо в камеру:
    - Я уверен, руководители этой экспедиции понимают, что в ней принимают участие лучшие из лучших, и им явно есть, что показать мне и другим приглашённым специалистам. Если это будет прорыв, наши имена войдут в историю. Впрочем, наши имена и без того вошли в историю, иначе бы нас здесь не было, - нескромно отметил Раймонд, развязно откинувшись в кресле.//

    Usagi:
    - Это действительно большой прорыв для человечества, - кивнула Айрис, продолжая снимать. - Но что вы рассчитываете найти за пределами нашей системы? Что именно вы ожидаете там увидеть? Может быть другую цивилизацию? //

    Pink_Panther:
    - За пределами системы и уже цивилизацию? Всё может быть. По крайней мере, это цель экспедиции. А там – будь что будет. Если бы историю можно было расписать заранее, то она была бы очень скучна, - ухмыльнулся Рендалл, на секунду отведя взгляд от камеры. – Но я уверен, что любой результат окажется полезным для человечества. Будь то какой-нибудь технологический прорыв, новое открытие или же просто исследование ближайших окрестностей космоса. А вы как считаете, мисс Хадсон?//

    Usagi:
    - Я... - Айрис перестала улыбаться, отведя взгляд и смотря куда-то в спинки кресел, обдумывая, что ответить. Но уже секунд через пять к ней вернулось прежнее выражение лица. - Я думаю, нас там будет ждать много интересных открытий, что поможет собрать мне массу материала для репортажей. Ну, вы же понимаете, моя работа. - Она смущенно улыбнулась, мол, понятно, что все открытия то делать вам, а я о них лишь растреплю народу и получу за это хорошие деньги - за это СМИ и не терпят.
    Девушка остановила запись, сунув камеру в сумку, и тоже расслабленно откинулась в кресле, отвернувшись от Рендалла и смотря в окно. //

    ***

    Лезер:
    После завершения инспекции до своей каюты старпом добрался довольно быстро, благо она находилась не так далеко от перехода в носовой отсек, да и шансы внезапного падения кирпича на голову здесь, на боевом крейсере, стремились к нулю. По пути он увидел тройку бежавших куда-то советских матросов, не иначе тех, о которых мельком вспомнил Борисов, а заодно принял доклад у одного из боцманов званием помладше. Но вот цель уже была перед ним, оставалось лишь провести карточкой доступа сквозь специальный паз на замочном устройстве.//

    Августин:
    - Ну вот, почти как дома, - прошептал он себе под нос, устало улыбаясь и стремительно, но плавно входя в каюту и запирая дверь. Привычным движением снята бескозырка и брошена на небольшой диванчик для гостей, которые хоть и редки, но всё же бывают в его каюте. На небольшом, почти карманном журнальном толике стоит графин с водой и стакан, совершенно пустой, судя по всему, он является таковым уже настолько долго, что люди просто не берут его в руки, боясь нарушить собственную пыльную экосистему, сложившуюся вокруг него. А может, дело лишь в том, что он почти всегда предлагает
    чаю. Убедившись взглядом, что головной убор приземлился ровно туда, куда и должен был, он, победно сжав губы на мгновение, двинулся прямо к своему столу, усаживаясь в удобное кресло: довольно жёсткое, но с подлокотниками. Привычно взяв со стола стакан с холодным, утренним кофе, по обыкновению не допитым до конца, он одним глотком допил почти всё, что там было, оставив на дне лишь совсем чуток. Он проверил почту на предмет того, не пришло ли ему каких-нибудь отчётов или жалоб или ещё чего-нибудь, перевёл взгляд на шкаф, который со стороны диванчика был книжным шкафом, со стороны его стола - небольшим гардеробом а со стороны, обратной дивану он был просто стенкой, загораживающей от глаз всех приходящих его спальное место. Переведя взгляд назад на экран, он вернулся к изучению материала.
    - Не забыть, главное, найти здесь досье на новых членов нашего мостика и записать их имена, - отметил он сам для себя. //

    Лезер:
    Полезная электроника на столе у старпома была представлена двумя основными приборами. Портативная сенсорная дека, которую он обычно всегда носил с собой и которая являла собой один большой почтовый ящик, горела привычным светом, не выдавая никаких новых сообщений: именно сюда приходили обычно все отчёты и сообщения от корабельного экипажа - и только от него, а в перспективе - ещё и от гражданских, у которых непременно возникнут какие-нибудь жалобы впоследствии. Для личной почты, в свою очередь, служил исключительно ноутбук, компактный, но мощный, с удобным держателем для складной мышки, «коврик» которой при желании мог служить и тачпадом. Здесь же хранились всевозможные программы, необходимые Леви как для работы, так и для личного времяпрепровождения, а также обширная библиотека старпома.
    Тут дека издала характерный звук, и загорелся индикатор входящего сообщения. На письме стояла пометка: «Кэп». Послание было, как всегда, коротким и гласило следующее:
    «Леви! Как только официальная часть закончится, подойдите ко мне в каюту. Нужно поговорить о некоторых особых членах экипажа. Затем перейдём на мостик и дадим старт. Штернберг».//

    Августин:
    - Да, куда деваться, пойду, пожалуй, на официальную часть, а то мало ли... - вслух подумал Леви и, быстро допив остатки кофе, встал со стула, быстрым шагом прошёл сквозь комнату, цепляя бескозырку на голову и, захлопнув дверь, двинулся в сторону ангара. //

    ***

    Лезер:
    Тем временем корабли набирали скорость, правда из-за сопутствующей защиты в салоне это было не слишком заметно, лишь лёгкая вибрация корпуса временами давала о себе знать. Вскоре миновали стратосферу, а вид с высоты в тридцать километров и дальше открывался просто потрясающий. Солнце всё дальше и дальше клонилось к горизонту, ещё через некоторое время, уже в верхних слоях атмосферы, стало ощущаться состояние невесомости, но это прошло довольно быстро, как только на двух челноках включили гравигенераторы, и перегрузки перестали ощущаться совсем. Впрочем, они и до этого не доставляли никаких неудобств.
    - Дамы и господа, наше судно только что покинуло пределы земной атмосферы, - известил пассажиров голос пилота. - До прибытия на крейсер «Аврора» осталось примерно пятнадцать минут. Вы можете отстегнуть ремни безопасности и свободно перемещаться по салону до начала посадки.
    На табло сверху тут же загорелся зелёный индикатор, а вместе с ним - и говорящий значок в виде расстёгнутого ремня. Продлилось это, впрочем, не так долго, но вполне достаточно, чтобы насладиться видом Голубой планеты из иллюминатора. Через расчётное время показалась и цель перелёта - сам боевой крейсер. Конструкция была во всех отношениях потрясающая и даже красивая, более того - создающая чувство защищённости и безопасности: многочисленные разнокалиберные орудия были весьма внушительны. Фернандо смог даже разглядеть слегка выдающиеся наружу стартовые шахты для истребителей, такие привычные и знакомые.

    Как только челноки выровняли скорости и пристыковались к двум посадочным платформам, выдвинувшимся из ангара, гравитацию отключили, и пассажиры на некоторое время повисли в невесомости, и только ремни удерживали их от свободного плавания по салону. В практически полной тишине их подняли на борт, и гравитация снова вдавила наших героев в кресло. Ангар оказался больше, чем все помещения, к которым привыкли гражданские, и только лётчики да космопехотинцы узнали в нём знакомые черты, первые даже вполголоса переговаривались об истребителях, которые были видны сквозь иллюминаторы. Голос пилота известил всех о том, что перелёт завершён, можно отстёгивать ремни безопасности и приступать к высадке.
    Через пару секунд открыли люк и опустили трап. Сразу же оживившаяся шумная толпа неторопливо направилась к выходу, и первые, кому посчастливилось сойти по трапу, были встречены дружными аплодисментами матросской ватаги человек в пятьдесят во главе с самим капитаном.//

    Crour_Vult:
    «Вот и отлично, теперь пора за работу». Немо одним из первых шагнул с трапа, практически все лица были ему знакомы, некоторых он знал лично, других мельком и по слухам, а половина даже не знала о его существовании, что и к лучшему. Не планируя задерживаться здесь дольше, чем-то необходимо, он пропустил в сторону встречающих весь этот научный балаган, а сам размеренным шагом направился прямиком в сторону дверей, ведущих в сторону жилого блока. Бутылка была почти пуста, а переваривать такое количество людей на трезвую голову он просто не хотел.//

    Лезер:
    - Немо! - услышал индиец оклик капитана. Их с ним уже познакомили не так давно, а потому голос был узнаваем безошибочно. Дождавшись, пока Амар повернёт к нему голову, Штернберг медленно кивнул в знак приветствия и уже тише добавил:
    - После официальной части. Час или около того.
    Затем он повернулся к остальным и, дождавшись, пока все пассажиры покинут транспортники, он достал небольшую портативную рацию, и в следующий миг его приятный, бархатистый голос зазвучал на весь ангар из передатчиков:
    - И вновь рад приветствовать вас, товарищи, на борту крейсера «Аврора». С этого момента и до самого окончания экспедиции вы - неотъемлемая часть его экипажа. Всё это, конечно, немного необычно для военного судна, но я надеюсь, что товарищи гражданские смогут быстро найти язык с космическими моряками, - при этих словах, сказанных с долей иронии и какой-то скрытой подколкой, послышались смешки. - Если кто-то ещё не в курсе, позвольте запоздало представиться: я - Герхард Штернберг, капитан этого корабля и ваш главный координатор во всех насущных и глобальных вопросах. Чтобы не задерживать вас и не терять ценного времени, предлагаю всем проследовать за мной к конференц-залу на инструктаж. После этого вам всем необходимо будет внести данные своих карточек доступа в базу данных корабля, и мы проведём распределение по каютам, а также ознакомим вас с устройством крейсера и покажем товарищам учёным всё необходимое оборудование. Прошу!//

    Crour_Vult:
    Всего за шаг до двери на панели загорелся зелёный индикатор, и она почти бесшумно отъехала в сторону, всего пару секунд, и она так же бесшумно закрылась. «Сброд, будь моя воля, выбросил бы за борт половину, да ладно, пусть флотские сами разбираются». С этой мыслью он уже более бодрым шагом пошёл вперёд, даже недовольство капитана не могло испортить ему настроение.//

    Pink_Panther:
    Раймонд придирчиво оглядел внутреннее обустройство ангара. Многое ему, конечно, не было видно, но из того, что он увидел, уже можно было вывести общее представление о том, что же ждало на палубах и в лабораториях. Обустройство было не то, чтобы аскетичное, но лишнего здесь не было абсолютно ничего – всё здесь было для чего-то нужно, везде был лишь функционал. Военный корабль выдавал себя. Уже одни лишь панели, которыми был обшит ангар, прямо-таки говорили об этом. Тем не менее, при постройке этого корабля и в нём самом явно использовался целый ряд технологий, которые в широком доступе представлены не были. Некоторые из них были знакомы Рендаллу, некоторые нет. И раз уж он сюда попал, то упустить шанс ознакомиться с новым оборудованием он просто не мог.
    - А когда нам покажут наши рабочие места? – поинтересовался инженер, непонятно у кого и непонятно зачем, но всё же он надеялся, что кто-нибудь его да услышит и ответит на его вопрос.//

    Silensio:
    Уже на подлете к крейсеру Мёнсин свернула планшет и обратила внимание на картину за иллюминатором. При взгляде на крейсер особенно отчетливо бросалось в глаза неимоверное количество орудийных расчетов, установленных на нем. Сам этот факт волновал доктора мало, но большое количество оружия означало большое количество военных. Само собой разумеется, что на военном крейсере людей в форме не могло быть мало, и, в теории, это должно было успокаивать; но на практике они в подавляющем большинстве случаев были шумны, грубы, непроходимо тупы, неаккуратны с бесценным оборудованием, а в довершение всего следовали своим приказам бездумно и без задних мыслей, не заморачиваясь такой мелочью, как «здравый смысл». Поэтому по возможности Мёнсин старалась избегать слишком тесных контактов с армейскими – нервы и оборудование оставались намного целее. К сожалению, на военном крейсере все это обещало не раз вылиться в неприятности и глупейшие казусы.

    Наконец, их челнок причалил к «Авроре», и пассажирам позволили сойти на судно. С приветственной речью их встретил капитан, обнадеживший кореянку наличием четкого плана их знакомства с судном, по завершении которого наконец-то можно будет приступить к делу. Омрачало ситуацию только одно: псевдояпонец, уже однажды доказавший свое полное незнание правил приличия, вновь оказался в толпе неподалеку от Мёнсин, да еще и принялся задавать вопросы вперед времени. Закатив глаза, кореянка стоически вздохнула, собираясь с силами для преодоления этого кошмара.//

    Рассказчик:
    – Круто… – тихо произнёс Чен, оглядывая просторное помещение ангара. « Первыми покидаем пределы солнечной системы, на шикарном крейсере, и капитан, видно, мужик толковый, и платят хорошо… в чём подвох?» – думал про себя китаец.//

    Usagi:
    Айрис молча осматривала помещение ангара и истребители. Вернее не осматривала, а записывала, потому что при высадке к жакету на груди уже была прикреплена вторая камера, маленькая, по размеру чуть больше спичечного коробка, и она вовсю работала. Заснять первую встречу, и инструктаж, и многое другое - потом из этого получится неплохой материал.
    - Гутен таг, герр Штернберг. - на немецком поприветствовала капитана журналистка, отделившись от толпы, чтобы ее заметили. При этом она конечно же улыбалась, нужно ведь было произвести впечатление на столь важного человека. Продолжила она говорить также на немецком: - Могут ли представители прессы рассчитывать на эксклюзивную экскурсию по вашему без сомнения великолепному кораблю? //

    Лезер:
    - Смотря что вы понимаете под эксклюзивом, фрау Хадсон, - ответил Герхард с хитрой полуулыбкой. - Экскурсия - безусловно, я даже готов рассказать вам кое-что, если найдётся свободная минутка, конечно. Но, сами понимаете, есть определённые ограничения, которые я нарушать не в праве.//

    Usagi:
    - Конечно, капитан, как вам будет угодно. - Кивнула Айрис, слегка наклонившись, выражая почтение, и отступила назад в толпу. «Ни малейшего удивления. Позитивная реакция. Он знает обо мне. Логично. Настоящий капитан всегда знает членов своего экипажа. Большинство, во всяком случае. « - Она посмотрела на его удаляющуюся спину, потом на время отключила камеру, болтающуюся на левой груди. Нужно заснять инструктаж. Ее радовало, что капитан остался доволен ее хорошим знанием немецкого, да и вообще их встречей в целом. Многие вояки недружелюбны к прессе и интервью от них можно добиться с трудом. Но герр Штернберг не такой. Это к лучшему. //

    Pink_Panther:
    Воспользовавшись некоторой заминкой, Рендалл выскользнул из толпы и, достав свой коммуникатор, просканировал и сделал макроснимок текстурированного покрытия панелей ангара. Уж очень ему они понравились.//

    Рассказчик:
    « Точно! Журналистка! По ящику, вот где я её видел!» – стоя в толпе, солдат молча сопровождал своё открытие мимикой и жестами рук. «Любопытно, на что она готова ради эксклюзивного материала», – продолжал мыслительный процесс Чен, глядя на девушку-полиглота.//

    Лезер:
    В создавшейся толкучке, пока слабо организованные гражданские следовали за капитаном судна, Эрнана случайно толкнула какая-то женщина с коротко остриженными тёмно-рыжими волосами, лишь две длинных пряди спускались до подбородка возле ушей. Ростом она была под стать кубинцу, а вот лицо носило достаточно ярко выраженные североевропейские черты. И, как и Кортес с Чехом, она носила форму космолётчика с погонами и петлицами капитана.
    - Ой, прошу прощения! Не хотела... - тут её взгляд на минуту задержался на форме Васильеса, и следующим предложением она выдала. - А-а-а, так вы никак майор Васильес? Хильда Мортенсен, рада познакомиться, - с этими словами она протянула Фернандо раскрытую ладонь.//

    Егор Тишин:
    - Да, вы совершенно правы, майор Фернандо Васильес Иберико де Матансас, к вашим услугам, - пожимая протянутую ладонь, ухмыльнулся он, - мне говорили о том, что мы будем в одном звене. Очень приятно познакомиться. Надеюсь, что сталкиваться подобным образом мы будем только на борту, а не снаружи. Где вы служили до этого?
    Параллельно Эрнан рассматривал свою новую подопечную. У него было несколько догадок о её происхождении, но они так и остались невысказанными.//

    Лезер:
    - Крейсер «Гунгнир», из сопровождения «Фенрира», - ответила Хильда. Попутно в мозгу у космолётчика всплыла и ассоциация с «Фенриром» - то был довольно знаменитый линкор со шведско-норвежским экипажем, принимавший участие в разгроме нескольких пиратских баз, Эрнану даже доводилось видеть его мельком.
    - А что до столкновений, постараюсь больше до этого не доводить, а в космосе и подавно, - женщина усмехнулась. - Да, к слову, можете смело называть меня по позывному - «Дива».//

    Егор Тишин:
    - «Дива», интересный позывной, - протянул Эрнан, - а вот у меня этих прозвищ целых два: «Estrella» - звезда и «Кортес», первое получил потому же, почему и это, - он с усмешкой указал головой на свой протез, - а второе в результате почти того же, что делали и вы. Дива, а как вы получили такое прозвище? И, ещё кое-что, можно я буду на «ты»?//

    Лезер:
    - О, это всегда пожалуйста, мне так только проще, - закивала Хильда. - А что до прозвища... не знаю, как-то привязалось от сослуживцев. В каждой женщине, понимаете, есть загадка, или ещё какая-то ерунда в таком духе, - она хохотнула. - Вот так и прицепилось. Зато и запомнить несложно, в отличие от названий наших кораблей: как-то сложно скандинавская мифология иностранцам даётся.//

    Августин:
    Следующая дверь открылась уже не по желанию идущей процессии, но в силу неминуемых обстоятельств, принявших на сей раз очертания старшего помощника капитана Герхарда Штернберга - каплей Леви Аккерсдейк. Благо, на лбу у него написано не было, и понять это мог, наверное, лишь капитан. Бросив по быстрому взгляду на каждого, идущего навстречу, кого только было видно, Леви совершенно отсутствующим, рассредоточенным взглядом смотрел уже просто прямо перед собой, направляясь на встречу и понимая, что просто посмотреть со стороны в ангаре уже не получится, а также то, что, видимо, официальной части ему избежать не удастся. Подойдя чуть ближе, он вопросительно посмотрел на капитана, желая понять, докладывать ему официально или можно не нарушать сей гражданской идиллии. Одновременно с этим почти неуловимым, но знакомым капитану жестом он, едва заметно проведя кистью перед собой слева направо, дал понять, что ничего непредвиденного нет и докладывать, по сути, не о чём //

    Лезер:
    Капитан в ответ на невысказанный вопрос лишь поднял кверху ладонь, показывая тем самым, что ничего официального не требуется. Следующим жестом он недвусмысленно намекнул, что лучше бы каплею последовать за ним и присутствовать поблизости до окончания официальной части.//

    Августин:
    Смиренно вздохнув, он, подойдя к процессии, встроился в неё по правую руку от капитана.
    - Что-нибудь ещё требуется? Из конкретного, имею ввиду, так-то всё понятно, не дурак, - не очень громко, но и не шёпотом на ушко произнёс каплей, пытаясь одновременно с этим по звукам шагов, по разнице в их звучании, частоте и прочим совершенно непонятным ему факторам попробовать примерно прикинуть, сколько человек идёт сейчас у него за спиной //

    Лезер:
    - Нет, ничего особенного, - дёрнул головой Герхард. - Просто будьте неподалёку, нужно будет представить вас гражданским в какой-то момент, а то иначе все жалобы будут идти прямиком мне, а вы, товарищ, будете почивать на лаврах, - каперанг при этих словах улыбнулся в бороду.
    Шум стоял весьма солидный. По всем прикидкам, получалось никак не меньше трёхсот человек.//

    Лезер:
    Конференц-зал был одним из тех немногих помещений «Авроры», которые не были предусмотрены конструкцией прочих военных кораблей: вернее сказать, не был предусмотрен настолько большой зал, никак не меньше пятисот мест. Здесь сумели вольготно разместиться все, а отделка и освещение явно не вписывались в дизайн остальной части крейсера и были гораздо более «цивильными». Акустика здесь была почти идеальная, а сиденья - весьма удобными, сцена была оборудована всей необходимой аппаратурой, включая большой экран и микрофоны, и представляла собой почти единый сборный агрегат, полуавтоматизированный и безотказно реагирующий на любые команды. Потолок представлял собой не что иное как стилизованное звёздное покрывало, а стены зала были украшены впечатляющей живописью в духе соцреализма с присущей ему атрибутикой - солнцем, красными флагами с серпом и молотом, а также фигурами представителей самых разных профессий с соответствующим инструментарием.
    Капитан говорил примерно с полчаса, в числе прочего остановившись на истории создания крейсера, на некоторых его конструктивных особенностях, а заодно и показал схему практически всех ярусов с расположением лабораторий, астрономической обсерватории, столовой, жилых и складских помещений. Заявление о том, что всем новоприбывшим будут выданы портативные деки с подробной интерактивной схемой корабля, весьма обнадёжило некоторых. Рассказал он также о технике безопасности на корабле, упомянул запретные для гражданских зоны, как например наблюдательные пункты и часть машинного отделения, не забыл упомянуть и про «оружейный вопрос», сразу дав понять, что при высадке на планету гражданским не придётся рассчитывать на большее, чем станнер с четырьмя режимами стрельбы. Изрядного веселья добавила шутка про то, что моряцкий и военный режим гражданским соблюдать совершенно не обязательно, и мера нарушения суточного режима, который в космосе желательно соблюдать, находится только на их совести.
    - Единственное пожелание, - добавил капитан, - чтобы вы вовремя являлись на работу, если это необходимо, и не подводили уважаемого товарища Сеничева. Итак, а теперь, прежде чем я перейду к финальной части и дам некоторые ценные указания, традиционно спрошу: есть ли вопросы?//

    Егор Тишин:
    - Товарищ капитан, думаю, что задам общий вопрос всех пилотов истребителей: нам наши корабли сейчас представят?//

    Pink_Panther:
    - Да, вопросы есть. Во-первых, исходя из нынешнего состава всех специалистов, можете ли вы уточнить, чем будет заниматься каждый из нас? И во-вторых, когда можно будет заявиться в буфет? Перелёт сказывается, - громко вопросил Рендалл Раймонд.//

    Лезер:
    - Истребители? - ответил каперанг. - Да, безусловно, у вас будет много времени, чтобы осмотреть машины. И сразу по завершении собрания. Я как раз собирался в финальной части представить вас капитану третьего ранга Горюнову - он будет вашим координатором и всё подробно расскажет.
    После вопроса Рендалла в зале послышались смешки. Штернберг в ответ сказал:
    - Что ж, касаемо первого вопроса - о каждом конкретном деле вам вернее и точнее меня сообщит товарищ Сеничев. В целом же активной научной деятельностью вам предстоит заниматься уже по прибытии на место. Да об этом вы и сами знаете лучше меня, вы ведь специалист. А что до буфета, то столовая будет к вашим услугам с восемнадцати часов по Гринвичу, то есть... - он прервался, чтобы свериться с часами. - Через десять минут. Но я бы настоятельно рекомендовал перед этим всё же пройти все необходимые процедуры регистрации. Иначе есть шанс, что вы не просто не найдёте свою каюту, но и не сможете туда попасть. А на полный желудок это, согласитесь, весьма и весьма обидно. Ещё вопросы?//

    Pink_Panther:
    - Регистрация... Да, ещё вопрос. Могу ли я, как прошедший военную подготовку и имеющий лицензию на ношение личного оружия, пользоваться им?//

    Лезер:
    - Можете. При определённых условиях. За этим вам следует отдельным порядком обратиться к моему старшему помощнику. К слову, хотел бы представить его: капитан-лейтенант Леви Аккерсдейк, - он указал жестом на каплея, который всё это время стоял чуть в стороне от него. - Все вопросы касательно корабельного распорядка, прав и обязанностей отдельных членов экипажа прошу в первую очередь направлять к нему. Товарищ Аккерсдейк обладает достаточной компетенцией для их рассмотрения. Ну а уж если на его уровне решить вопрос не получится, в чём я сомневаюсь, тогда можете смело обращаться ко мне. Есть ещё вопросы?//

    Августин:
    Леви ждал этих слов, потому лицо его нисколько не дрогнуло, он, едва улыбаясь и чуть-чуть прищурив глаза, осматривал аудиторию и, казалось, даже успел досмотреть почти всех за весь брифинг, но теперь сосредоточил всё своё внимание на том, с кем ему, судя по всему, из гражданских придётся контактировать первым. Но, посмотрев, не отводя взгляда буквально секунду, он продолжил изучать оставшуюся часть огромной аудитории.//

    Pink_Panther:
    Рендалл удовлетворённо кивнул в ответ на разъяснение капитана. Как бы это ни было эгоистично, но после своих вопросов дальнейший брифинг ему был уже малоинтересен. Хотя капитана-лейтенанта и самого Штернберга Рендалл на всякий случай запомнил. Первого – для всё той же процедуры оформления оружия, второго – если с первым не прокатит. Ну и надо бы узнать, как пройти до буфета.//
    --- Добавлено: 30 окт 2013 ---

    Хых, проблема однако, сообщения дальше второго автоматически соединяются.
     
    Последнее редактирование модератором: 7 авг 2018
  3. Лезер

    Автор
    Автор
    Лезер
    Member
    Регистрация:
    13 ноя 2010
    Сообщения:
    355
    Баллы:
    18
    Лучших ответов:
    0
    Лезер:
    – Итак, если вопросов больше нет, тогда перейду к финальной части. Прежде всего, хочу предельно ясно обозначить одну вещь: на тот момент, когда корабль будет совершать переход в подпространство, все гражданские члены экипажа должны находиться в своих каютах. «Прыжок» уже тестировался на человеческом организме и никаких негативных последствий не имел, однако в испытании участвовали подготовленные люди, и мы не знаем, как поведут себя организмы послабее. Повторюсь, ничего негативного не предвидится, но лучше не рисковать. Требуются ли уточнения по этому пункту?//

    Usagi:
    – Насколько серьёзным будет контроль за гражданскими, капитан? – задала неожиданный вопрос Айрис, до этого стоявшая молча. При этом она повела головой вверх, глянув куда-то под потолок, давая понять что имеет в виду камеры. – Каюты отслеживаются? //

    Августин:
    После этих слов на лице старшего помощника нарисовалась улыбка, он выдохнул, чтобы сдержаться и не прокомментировать это, в любом другом случае он бы сделал это, но не на самом первом брифинге. Он лишь косо посмотрел на неестественно выделяющуюся даму и презрительно фыркнул, казалось, у него на лбу нарисовалась фраза о том, насколько быстро соображают некоторые люди и что во время прыжка он обязательно приставит к каждому гражданскому по камере. На всякий случай. Едва заметно покачав головой, он покосился уже на капитана, желая услышать его ответ //

    Pink_Panther:
    – Конечно. За вами будет очень интересно понаблюдать, в особенности, в первые минуты отбоя, – прокомментировал Рендалл и ухмыльнулся, взяв свой увесистый чемоданчик поудобнее и другой рукой.//

    Лезер:
    – Считаю своим долгом напомнить вам, что вы, товарищи, находитесь на военном корабле, – сказал Герхард. – Не в обиду гражданским будет сказано, но требования безопасности исключают пребывание в некоторых отсеках, и делается это ради вашей же собственной «сохранности». По понятным причинам. Что до вашей личной жизни, вы вольны делать всё, что захотите, в той мере, пока это не выходит за рамки порядка на судне и не нарушает работу экипажа. Я удовлетворил ваше любопытство?//

    Usagi:
    Айрис молча смотрела на капитана, словно не заметила слов Рэймонда, хотя безусловно слышала всё. Она даже Штенбергу ответила не сразу, словно пыталась прожечь в нем дыру, хотя за её глазами невозможно было прочитать ничего, настолько они выглядели холодными.
    – Вы не ответили на вопрос, капитан, но сказанного вполне достаточно. Спасибо. – она слегка кивнула, сделав небольшой шаг назад.//

    Лезер:
    – Какой вопрос? Ах да. насчёт слежения, – капитан характерно поднял вверх указательный палец, и в голосе его послышалась лёгкая ирония. – Да. Каюты отслеживаются. Пожарными сигнализациями и телеметрией с замочных устройств.//

    Usagi:
    Айрис продолжала смотреть на него, но ее лицо приняло выражение, как бы говорящее «я всё равно всё проверю сама». //
    Silensio:
    Мёнсин нервно барабанила пальцами по обратной стороне планшета. Хотя нельзя было отрицать продуманность и информативность брифинга, все-таки он затягивался – а ведь ещё предстояла регистрация, которая тоже легко может затянуться из-за каких-нибудь мелочных проблем с документацией. Хотя череда вопросов, посыпавшаяся на капитана, была вполне ожидаема, но их реальная значимость падала с каждым разом, да ещё пресловутый выскочка Рэндалл опять возник на горизонте, вновь проявив себя со своей «лучшей» стороны. Мысленно Мёнсин от всей души пожелала ему подхватить кибернетическое отторжение – хотя, конечно же, на закрытом корабле шансы этого были фантастически малы. //

    Егор Тишин:
    Фернандо никогда не любил задавать вопросы на инструктажах. Исключение составляли брифинги перед операциями, к каковым не относилась текущее заседание. Что он думал по поводу слежки? Да и шут с ней, с этой слежкой. Даже если её и нет, что сомнительно. Мысли его всё же крутились вокруг недалёкого будущего, когда он с другими пилотами, наконец, осмотрит свой аппарат, а после чего спокойно отдохнёт в каюте. //

    Лезер:
    – Раз с этим всё уяснили, тогда продолжу. Пара слов насчёт координаторов: общим руководителем научных работ на судне будет профессор Андрей Николаевич Сеничев, все вопросы и дела в этой области идут к нему. Завтра в 13:00 он проведёт отдельное совещание, где назначит ответственных по некоторым частям, и в это я вмешиваться не буду. Далее, куратор пилотов, в том числе истребителей – капитан третьего ранга Валерий Горюнов, – он указал на штурмана ладонью. – Заведующий по медицинской части – профессор Ким Мёнсин. Здесь пояснений, думаю, не требуется. Ну а по всем остальным вопросам, как уже говорилось, главный куратор после меня – товарищ Леви Аккерсдейк. Всех только что названных попрошу после брифинга сразу подойти ко мне, а ещё – товарища Родригеса.
    А теперь, чтобы не задерживать вас всех, перейдём к процессу регистрации. Вот здесь, слева от нас, стоит вся необходимая аппаратура, пятнадцать стоек, почти как на аэровокзале, – Штернберг усмехнулся. – Всё, что вам нужно сделать – это подойти и провести красной карточкой доступа через разъём, всем знакомая процедура. На табло сразу появится номер вашей каюты, и эта же карточка отныне будет вашим ключом. Каждому будет выдана персональная дека – что-то вроде почтового ящика с парой полезных функций, через неё можете связаться с любым из кураторов и с дежурными по ярусу. Затем вас разделят на группы, проведут по жилым отсекам, покажут комнаты, ну а потом... потом к вашим услугам будут столовая и небольшой развлекательный центр. Особо рекомендую посетить столовую! Наш кок отменно готовит. Пилотам и солдатам придётся немного задержаться: ваши командиры и кураторы тоже проведут для вас небольшой инструктаж, уже более узкий. На этом всё, товарищи. Приступайте к регистрации, и приятного вам пребывания на корабле!//

    Августин:
    Решив, что последняя фраза означает официальное окончание брифинга, Леви на секунду снял головной убор и поправил волосы. Вернув его на своё законное место, он покосился на капитана, жестом приглашая его сменить место нахождения хотя бы на пару метров, чтобы встретить всех им названных, рассудив, что просто так конкретно в эту точку никто не пойдёт.
    Отойдя немного в сторону вместе с капитаном, Леви оглядел помещение вопрошающим взглядом, ожидая приближения как старых, так и новых лиц //

    Usagi:
    Айрис последовала за остальными членами экипажа проходить регистрацию. Уже на месте, перед тем как провести карточкой, она несколько секунд смотрела на неё, как будто сомневалась, действительно ли это ее карточка данных. Тем не менее она быстро всунула ее в разъем, и выжидающе замерла, смотря на экран, чтобы узнать номер своего будущего месторасположения. //

    Лезер:
    «C-218» – высветилось на табло агрегата большими символами, прибор сопроводил вывод информации характерным пиканьем. Матрос, стоявший рядом с прибором, взял из стопки дек верхнюю, что-то ввёл туда и секунд через десять, когда прибор был готов к использованию, передал его Айрис, суховато сказав при этом:
    – Пожалуйста. Ваши данные уже вшиты туда.//

    Pink_Panther:
    «А, то есть, цель моего пребывания здесь по-прежнему неизвестна. Не сказать, чтобы это доставляло неприятности, но я обычно предпочитаю знать, перед кем и за что мне придётся отчитываться.»
    Рендалл, по-прежнему не выпуская свой драгоценный чемоданчик из рук, полез рукой за отворот тренча и вытащил ту самую красную карточку, которую у него спросили при посадке, и о которой теперь сказал Штернберг. Обычная ID-карточка со встроенными программируемыми биотелеметрической схемой и MSDC-ключом. Являясь развитием уже давно забытой технологии NFC-меток, технология MetaSecurity DataCard позволяла записывать десятки терабайтов данных в виде электромагнитной метки, учитывая все требования и капризы военных по поводу безопасности. Обычно уровни защиты в ID-карточках ограничивались личным пин-кодом и телеметрией, но в условиях сверхсекретности могли применяться и такие технологии, как MSDC.
    Раймонд провёл карточкой через щель кард-сканнера и, услышав писк прибора, поднял глаза на экран.//

    Лезер:
    «С-309», – выдало информационное табло. Ярусом выше, чем Айрис. Дежурный матрос повторил всё ту же процедуру и протянул планшет Рендаллу.//

    Pink_Panther:
    Тот презрительно вскинул бровь, глядя на низкотехнологичный гаджет, но всё же принял его из рук матроса.
    «Как только приду – сразу же создам виртуальный образ с накопителя этой древности и скопирую себе. Надо же, вроде бы военные, финансирование бешеное, а пользуются всё ещё табами без комм-ядра. Какой позор для спонсоров. Надеюсь, в плане рабочего оборудования будет получше.»
    Без труда разобравшись в примитивнейшей системе планшета, Рендалл активировал рабочий режим своих глазных имплантов и, соединившись с системой, вывел карты корабля прямо на внутренние дисплеи очков, после чего перевёл планшет в режим ожидания и засунул его в широкий глубокий карман тренча.//

    Silensio:
    К счастью, к этому моменту все вопросы, собственно, и закончились; дело сдвинулось с мертвой точки. Огромным облегчением для кореянки стал тот факт, что процедура регистрации сводилась к одному простейшему действию, а дальше надо будет всего лишь разделиться на группы и пройти небольшую экскурсию по кораблю. Так что торопиться, в общем-то, было некуда, и можно было спокойно уточнить с капитаном все необходимые вопросы без лишней спешки. В приподнятом настроении доктор уже успела встать со своего места и пройти несколько шагов в сторону подиума, когда её нагнала мысль о том, что по стечению обстоятельств её соседом может оказаться Рэндалл. От подобного предположения хорошее настроение мигом испарилось, и к немецкому «космоволку» Мёнсин подошла с чрезвычайно серьезным выражением лица. Про себя она при этом поклялась первым делом проверить, кто проживает в соседних с ней каютах.

    -Капитан Штернберг. – Вежливо кивнула кореянка, подойдя к немцу. – Капитан-лейтенант Аккер..рсдейк. – продолжила она, обращаясь к заместителю капитана. Сложные конструкции английского языка, вроде сочетания длинного звания и голландской фамилии каплея, все еще время от времени вызывали у Мёнсин затруднения.
    //

    Августин:
    – Можно капитан-лейтенант Леви или старший помощник Аккерсдейк, – поспешил он предложить учёному вариант распараллеливания сложных вещей, – вам можно, вы же у нас не в подчинении, – улыбнулся каплей.
    Он хотел было спросить имя, но решил, что капитан сейчас их представит и без банальных вопросов с его стороны //

    Лезер:
    – Рад вас видеть, госпожа Ким, – капитан ответил ей тем же жестом. Практически тут же к говорившим присоединились штурман Горюнов и академик Сеничев, а также весьма неопрятного вида человек иберийской наружности со встопорщенными волосами, слегка сутулый, один глаз которого был заменён киберпротезом. Последний ничего говорить не стал, лишь временами смотрел по сторонам, почёсывая затылок.
    – Итак, раз все здесь, приступим, – сказал Герхард. – Товарищ Родригес и остальные, знакомьтесь – это Ким Мёнсин, заведующий медперсоналом на корабле. А это, – он указал на вышеозначенного мужчину. – Алонсо Родригес, хирург, будет курировать работу своих, так скажем, непосредственных коллег. Я вот что хотел сказать, товарищи: медицинский штат у нас на корабле – примерно сто пятьдесят человек, более точные данные я передам вам отдельно. Думаю, госпожа Мёнсин, вы уже в курсе того, что вам нужно будет здесь делать, но на всякий случай повторюсь: во-первых, вы у нас что-то вроде главврача, – капитан улыбнулся, – и сами понимаете, бумажная работа тоже будет. Это в основном касается медосмотров: у нас на корабле каждую неделю проверяется весь экипаж, ну и, соответственно, все отчёты будут нести вам. Ну и, во-вторых, вы же и будете эти осмотры курировать в целом. Надеюсь, тысяча человек для вас обузой не станут? – полушутливо спросил Герхард.//

    Usagi:
    Айрис осмотрела полученный предмет, потом всё это засунула в карман. Она выключила камеру, и, даже не осматриваясь, направилась к дверям. Однако через пару шагов остановилась, обернувшись, и, найдя среди толпы капитана, стоящего в окружении нескольких людей, пошла прямиком туда.
    Появившись за спиной Ким, она смерила ту каким-то уничтожительным взглядом, что могли заметить капитан и его помощник, но не сама Менсин, конечно.
    Журналистка снова уставилась на Штернберга пристальным взглядом, что уже мог почуствовать на себе Рэндалл при первом знакомстве.
    – Могу ли я изучить план строения корабля, капитан? – осведомилась Айрис, как будто это действие должно было быть в порядке вещей. – Может он у вас висит на стенах? Не хотелось бы заблудиться, когда пойду искать каюту. //

    Лезер:
    Каперанг кашлянул, затем попытался выдавить на лицо улыбку, что у него в конечном счёте получилось и, обратившись к Айрис, он произнёс:
    – А вы точно всё слышали, что говорилось на брифинге, миссис Хадсон? – он внимательно посмотрел журналистке в глаза. – Схема корабля – в вашей деке. Ах да, я разве не упоминал, что на выходе вас ждут проводники?//

    Usagi:
    – Мне нужно идти с проводниками? – не моргнув и глазом, спросила Айрис для уточнения. – Могу я передвигаться по кораблю самостоятельно? – судя по ее лицу она была на 300% уверена, что точно нигде не ошибется и не потеряется. //

    Лезер:
    – Вы-то, конечно, можете, – Штернберг пожал плечами. – Но если вы случайно забредёте куда-нибудь, и вас оттуда выгонят, да ещё и попутно накричат – вам некого будет в этом винить, – он в очередной раз улыбнулся одними губами.//

    Августин:
    – Вы точно были на инструктаже? – решил поинтересоваться Леви, – там же чёрным по белому было сказано, что сейчас все разобьются на группы и пойдут по кораблю в сопровождении проводников, – раздражённо уточнил Аккерсдейк, – или вы поди подумали, что у вас будут личные проводники? – -он чуток оскалился, но в целом улыбнулся даже по-доброму, насколько это было возможно.
    – Идите во-о-о-н туда, – показал он рукой на выход, – там всё поймёте. Только не потеряйтесь и не забудьте чего-нибудь. //

    Silensio:
    – Ничего страшного, господин Аккерсдейк – прохладно ответила Мёнсин. Языковой и культурный барьеры довольно часто давали о себе знать, и уже не впервые приходилось кореянке сталкиваться с навязчивыми попытками как-то упростить общение. Однако куда хуже было, когда кто-то, не имея ни малейшего представления о принятых в Союзе нормах приличия, обращался к ней, как ему вздумается.
    Очень скоро около капитана собрались все названные лица. Определенную тревогу (хотя и меньшую, чем «земляк» Мёнсин до этого) вызывал сомнительного вида мужчина с кибернетическим глазом. Тревога выросла, когда неопрятный мужчина оказался главным хирургом корабля – а значит, с ним кореянке придется пересечься еще не раз. Гадая про себя, как работник медицинской сферы может позволять себе быть столь… негигиеничным, доктор уже собиралась ответить, когда из-за её спины раздался женский голос, в общем-то, приятный, если бы не тот факт, что он вклинивался в важный разговор – чужой важный разговор.
    Обернувшись и смерив уничтожающим взглядом уже виденную ей сомнительно одетую барышню, Мёнсин немного подождала, и, когда вопрос, по её мнению, был исчерпан, произнесла:
    – А теперь, если Вы нам позволите, мы продолжим. – и, отвернувшись от девушки, вернулась к разговору с капитаном. – О чем…ах, да. Ничего страшного, – совершенно серьезно ответила доктор на последний вопрос Герхарда, – до этого мне приходилось руководить крупными экспериментами, хотя и не в условиях космоса. Очень надеюсь, что наше сотрудничество будет плодотворным.
    //

    Usagi:
    – Благодарю. – Айрис добродушно улыбнулась обоим в ответ, и пошла к выходу. Здесь она снова щелкнула камерой, не задаваясь вопросом, разрешено ли снимать во всех отсеках корабля. У дверей она столкнулась с парой незнакомых ей людей. – Я сама найду каюту. – быстро ответила она, вопросительно уставившись на одного из незнакомцев. Мало ли, вдруг окажут сопротивление.

    Ей не ответили, но явно заинтересовались. Айрис пошла дальше по длинному коридору, выудив деку из кармана и изучая ее. План корабля, все указанные отсеки здесь. Сейчас первостепенная задача – добраться до каюты, и расположиться там. Оставить эту нелегкую сумку с оборудованием. //

    Лезер:
    – Взаимно, – Штернберг кивнул. – Так вот, ещё пара моментов: я бы просил вас особое внимание уделить гражданским, всё же они менее привычны к длительным перелётам, да и вообще, военные поздоровее будут. И, в-третьих, вы, наверное, знаете, что в некоторых системах предполагается высадка на поверхность планет. Так вот, после каждой такой высадки осмотр будет куда более тщательным, из понятных причин, и более того – вам будут давать на анализ образцы воздуха и микроорганизмов, а на планетах с жизнью такие будут наверняка. Если, конечно, удастся их найти. Так вот, прошу вас к этому вопросу подойти со всей ответственностью: от этого прямо зависит благополучие экипажа. Не исключено, что могут обнаружиться неизвестные нам болезни, тогда тем более будет важно принять превентивные меры. А вообще, практически, мы можем в случае чего предоставить вам доступ практически ко всем медицинским средствам, а в случае если чего-то будет не хватать, обращайтесь к нашим химикам – с ресурсами проблем не будет. Какие-то вопросы у вас есть?//

    Августин:
    Леви молча слушал весь этот длинный монолог, глядя в одну точку, стороннему зрителю могло показаться, что он внимательно слушает, но он просто всеми силами пытался вспомнить то имя, что принадлежало внушающей каплею некоторый ужас своей собранностью кореянки. Он привычно выудил свою деку и записал что-то туда, ни разу не сменившись в лице. Теперь он уже слушал, записав имя, он мог себе это позволить //


    Silensio:
    – Можете не беспокоиться, капитан Штернберг, я приступлю к работе со всей ответственностью. – Продолжала кореянка. – И, если нам действительно повезет, и мы обнаружим там жизнь, то наши приоритеты будут направлены в первую очередь на раскрытие связанных с нею опасностей; хотя я надеюсь, что никто не решит обследовать поверхность неизвестной планеты без минимальной биологической защиты. – На этих словах доктор слабо улыбнулась, обозначая, что последняя фраза была шуткой, и продолжила с прежней серьезностью.
    – Конечно, в таком счастливом случае будет необходима эффективная кооперация многих отделов, но в этом вопросе я целиком и полностью полагаюсь на Профессора Сеничева. – Мёнсин уважительно поклонилась академику. – На данный момент было бы очень любезно с Вашей стороны сообщить дату первого бортового осмотра, чтобы я своевременно подготовила все необходимое; тогда я смогу покинуть вас и приступить к проверке оборудования.
    //
    Лезер:

    – Да, конечно, – Штернберг кивнул. – Первый осмотр назначен на послезавтра. Мы по расчётам как раз будем висеть в системе Проксимы Центавра, так что всё пройдёт в спокойной обстановке, а завтра проводить бессмысленно – я уверен, что там будет беготня с оборудованием и размещением. Ах да, вот ещё что: чуть попозже с вами свяжутся биологи, им немного вашего содействия потребуется, но об этом подробнее расскажет товарищ Сеничев.
    – Завтра в 13:00 в этом же месте, – закивал астрофизик.//

    Silensio:
    – Превосходно; тогда я вас покидаю. Было очень приятно познакомиться с Вами, капитан Штернберг. Профессор Сеничев – до встречи завтра. Уверена, что наше сотрудничество будет продолжительным и весьма плодотворным.
    Откланявшись, Мёнсин направилась к стойкам, чтобы все-таки пройти процесс регистрации. Дождавшись своей очереди, она провела карточкой через щель и взглянула на табло в ожидании.
    //

    Лезер:
    «Главврачу» экипажа досталась каюта за номером В-251, что было весьма неблизко к комнате Рендалла, но о том Мёнсин ещё не знала. На выходе из зала уже толпился народ, правда толпился весьма организованно: около прохода стояли несколько моряков со светящимися табличками, на которых горели надписи типа «В-201 – В-250» или «С-350 – С-399». Такие таблички, в которые всякий раз можно было вносить новые данные для отображения, вообще были очень удобным инструментом в подобных делах. Нужным кореянке человеком оказался уже знакомый нам мичман Борисов, рядом с которым стояли трое матросов, активно обсуждавших что-то на русском.//

    Pink_Panther:
    Рендалл всё ещё изучал карту, схемы и слои которой непрерывно транслировались с внутренней памяти планшета. Он хмурился и вглядывался в хитросплетение светящихся линий, но понять, куда ведут все переходы и коридоры, даже умудрённый опытом инженер с первого раза не смог.
    Недолго поразмыслив, Рендалл пошёл на хитрость. Он активировал портативную версию помощника S Voice, ещё более ограниченную в функциях, чем его полноценный «старший брат», ИИ с единой информационной базой и распределённым сознанием, установленный в квантовых блоках его машины, домашнего компьютера и носимой док-станции. Тем не менее, жалкое подобие самосознательной программы было способно в точности следовать практически любым указаниям своего хозяина – дополнительные блоки памяти и личностные библиотеки подгружались при надобности.
    – Привет, Galaxy, – негромко сказал Рендалл. Смартфон издал короткий мягкий звук в знак того, что его система была готова принимать указания.
    – Разложи файл в оперативной памяти на ярусы начиная с самого нижнего по координате z.
    Система незамедлительно, в реальном времени, провела несколько операций с моделью карты и с красивой плавной анимацией разделила монолитную модель на аккуратные слои, будто это была не карта гигантского корабля, а свежий торт с легко отделяющимися друг от друга коржами.
    – Та-ак. Раздели каждый ярус по секторам, – напутствовал инженер программу, разглядывая на линзах очков медленно вращающуюся модель карты. В этот раз незримый ножик аккуратно разрезал коржи ярусов на маленькие порции комнат и коридоров, отделённых переборками и дверями. Да, так явно было понятнее.
    – Нанеси активные метки, – добавил Рендалл, явно намеревавшийся полностью изучить устройство корабля без чьей-либо помощи. И система в этом ему помогла в очередной раз: на мерцавшей карте появились яркие точки дверей, терминалов и прочего оборудования.
    – Отлично. А, да, создай папку и сохрани каждый ярус в отдельный файл.
    – Желаете изменить параметры проекта перед сохранением? – уточнил помощник. Электронный мозг никогда ничего не забывал. В этом были как его самая сильная, так и его самая слабая стороны. Рендалл вновь задумался на пару секунд.
    – Да. Установи атрибуты «системный» и «защита от перезаписи». Открой для редактирования, доступ только для супер-пользователя. И помести проект в быстрый доступ, команда «открыть карту».
    – Назначение голосовой команды на приложение позволит устройству использовать гарнитуру в режиме ожидания для отслеживания голосовых команд. Вы действительно хотите активировать режим отслеживания голосовых команд?
    – Да. Больше не спрашивать, – несколько раздражённо бросил Рендалл, но уже через пару секунд система доброжелательно возвестила:
    – Успешно выполнено.//

    ***

    Crour_Vult:
    Он знал, что всё это размещение будет длиться больше часа, полагал даже, что два или три. Первым его действием было посещение каюты и переодевание в более привычный и удобный для себя вид. Вид этот был весьма не к месту для военного корабля, но личное удобство было куда важнее. Его нынешний гардероб состоял из чёрного цвета свободных штанов и такой же рубахи с коротким рукавом, на ногах были привычные скорее для рабочих ботинки. Ещё на секунду задержавшись в комнате, он подхватил из шкафа белый халат, который можно было принять за медицинский только с очень большого расстояния, потому что он был махровым. Вторым предметом, захваченным из комнаты, была свежая бутылка вина. Он неспешно шёл в сторону обзорных палуб, так сейчас никого не должно было быть, и это только к лучшему. «А вот и оно», – сказал он себе выходя в залитое светом помещение, даже потерпевшие под светом Солнца стекло не могло ослабить его яркость. С этой стороны корабля не было видно земли, только огромная и беспощадная звезда во мраке космоса. Открыв бутылку, он приложился к ней, «ты же хотела увидеть его, а чего хотели другие? Не важно, уже нет, но всё же жаль...» Сделав ещё один большой глоток Нараян продолжал стоять, закрыв свой единственный человеческий глаз, и смотрел на Солнце.//

    Usagi:
    Путь занял достаточно долгое время, и журналистка даже могла бы сказать, что устала. Но она на удивление ни разу не ошиблась ни поворотом, ни ярусом, и вот уже стояла перед дверями своей каюты. Проведя карточкой через разъем Айрис зашла внутрь. //

    Лезер:
    Первое, что бросилось журналистке в глаза – это дальняя стена с большим и широким иллюминатором, в котором было видно земной шар и окружавшее его пространство. Вернее сказать, иллюминатор был фиктивным, как и изображение в нём, которое моделировалось на основе телеметрии с камер, установленных на внешней обшивке крейсера, но оно всё равно было очень реалистичным. В остальном же обстановка каюты была более скромной: удобная кровать со свежим бельём, вплотную к ней – тумбочка с тремя ящиками, рядом с кроватью – письменный стол со всем необходимым, где нашлось место даже сейфу и морозильной камере, совсем рядом – пара розеток. Даже удлинитель на стол положили заранее! Над кроватью висели динамики, причём отключить их не наблюдалось совершенно никакой возможности: именно по ним передавались все экстренные сообщения на корабле. В дальнем правом углу было отгороженное помещение с душем, туалетом и раковиной, а вдоль стены разместились шкаф для одежды и небольшой столик со стульями на случай, если надо будет принимать гостей. Источников света было три – яркая потолочная лампа, пара настенных, а также переносная лампа на столе, которая служила одновременно и подставкой для ручек, а при желании и прочих мелких предметов.//

    Usagi:
    Айрис осмотрела каюту, вполне себе неплохо, для нее так вообще идеально, скорее всего каюты других членов экипажа выглядят также, ну кроме капитана и его помощника. Она положила сумку возле кровати, продолжая осматривать комнату, и душевую. Не то чтобы она вглядывалась слишком пристально, но тем не менее девушка окинула взглядом каждую стену, каждый угол и потолок, нет ли где камер, или подозрительных проемов и выемок. //

    Лезер:
    Обследование никаких результатов не принесло: по крайней мере, если устройство слежения здесь и было, визуально его заметить было практически нереально.//

    Usagi:
    Айрис не отказалась от своего подозрения, что камеры здесь установлены. После чего она долго стояла перед зеркалом, разглядывая себя. В такой суматохе могла попортиться прическа, а кому хочется выглядеть как волосатый кувшин? С макияжем тоже всё в порядке.
    Она не стала снимать жакет, пройдя к кровати и усевшись на нее. Журналистка вытащила электронный дневник, сделав там несколько записей о прилете, брифинге, и своей каюте. После чего она связалась с кем-то, сказав, что прибыла на место. С коллегами по работе, она ведь была не единственная представительница СМИ на корабле. В течении следующего получаса или дольше девушка раскладывала вещи, одежду в шкафы, мелкие принадлежности в тумбочку, камеры же пока валялись на кровати. //

    Pink_Panther:
    – Мистер Штернберг. Мистер Аккерсдейк, – к освободившимся капитану и его заместителю тут же подошёл Рендалл, закончивший возиться с картой. – Я на брифинге задал вопрос о возможности использования личного вооружения, и вы, капитан, попросили меня подойти с этим к мистеру Аккерсдейку. Может быть, раз уж у нас пока есть время, и мы все в одном месте, мы можем обсудить этот вопрос?//

    Августин:
    Леви чуть сменился в лице и перевёл взгляд на сменившего кореянку человека наружности, как ему показалось, весьма наглой, если допустить, что он был до этого глух и не слышал ни единого его слова, иначе наглость не только наружности, но и внутренности была бы совершенно очевидной.
    – Я – это кто, напомните, пожалуйста – не отрывая взгляда от своей «записной книжки» бросил каплей, и не дожидаясь ответа продолжил, уже гляда на собеседника и убирая деку на её законное место.
    – А во-вторых, знаете, у нас тут не самая чрезвычайная ситуация, вот мы стоим, люди подходят, оружие просят выдать, ситуация совершенно рядовая. А в такой, – Аккерсдейк демонстративно, но не слишком широко развёл руками в стороны, – оружие не положено даже мне, на корабле как-то не принято. Но если у вас, как вы и сказали, есть все необходимые документы, то в случае высадки или чрезвычайной ситуации вы сможете получить оружие наравне с остальными, кому оно полагается.
    Леви выдержал некоторую паузу, после чего продолжил:
    – Всё ли у вас есть я, безусловно, проверю сам, можете не беспокоиться, но для начала скажите, всё же, кто вы, я запишу, а то, знаете ли, столько новых лиц и все хотят пострелять, – почти не отрывая взгляда и чуть улыбаясь во время всего монолога, закончил старший помощник его в том же состоянии //

    Pink_Panther:
    – Я – это Рендалл Раймонд. Запишите, – назвавшийся невозмутимо, как бы невзначай поправил свою корпорационную карточку-бейдж, пристёгнутую к верхнему карману тренча. – Прямо здесь и сейчас пушка мне не нужна, если кому-то совсем вдруг захочется померяться силой в неравном поединке – я уж найду под рукой что-нибудь, чем можно отбиться. Но в то же время жить с фактом, что в случае чего руку мне будет тяжелить вполне серьёзное оружие, а не стандартный маломощный тазер, будет явно поспокойнее, вам не кажется?
    Инженер вновь растянул рот в самодовольной усмешке. Впрочем, когда он вспомнил о чём-то, что не давало ему покоя ещё на Земле, он задал ещё один вопрос:
    – Что мне делать, если понадобятся материалы и инструменты для моей работы? С собой у меня, конечно, есть всё самое необходимое оборудование, с которым я обычно имею дело, но, так как меня ещё не посвятили в суть моих обязанностей на корабле, я могу предположить, что всё же чего-то в ваших сверхоборудованных кабинетах может и не оказаться. Для подобных случаев существуют какие-то формальные протоколы?//

    Silensio:
    Мёнсин невероятно повезло: стоило ей отойти от капитана, как к нему подошел Рендалл. Но об этой своей удаче она, не привыкшая оборачиваться назад, не знала, равно как и о том, что каюта её расположена далеко от каюты столь неприятного ей типа. А пока что «главврач» корабля, как её охарактеризовал капитан, в очередной раз напомнила себе о необходимости проверить ближайших соседей и отправилась искать своих проводников.

    Это оказалось не слишком сложно благодаря видным ярким табличкам с номерами кают, и вскоре доктор Ким уже отыскала кучерявого мужчину, видимо, доставшегося ей в проводники. Трое мужчин в форме космического флота что-то весьма активно обсуждали, на, кажется, русском языке. К сожалению – или к счастью – Мёнсин знала лишь пару-тройку слов из этого языка, и понять, о чем шла речь, не могла. Повторяя про себя список того, что необходимо будет сделать в ближайшее время, она не слишком пристально осматривала вероятных соседей, собиравшихся около той же светящейся таблички.
    //

    Августин:
    – Я уверен, мистер Раймонд, – ухмыльнувшись, отвечал старший помощник, – что если чего-то и не найдётся, то если это может быть найдено в принципе, то оно будет найдено, так или иначе, препятствий вам никто чинить не собирается, по сугубо моей информации, конечно же, – записал он Рендалла Раймонда, указав в скобках «не посвящённый в суть его обязанностей».
    – Потому входите в суть ваших обязанностей, а там если что-то потребуется, обращайтесь ко мне, найдём в кратчайшие сроки //

    Лезер:
    – Подойдите к товарищу Аккерсдейку немного позже, примерно через тридцать-сорок минут, – благожелательно сказал капитан. – Там и форму соответствующую заполните. Вы здесь, к слову, не единственный из бывших армейских, – Герхард слегка искривил рот в улыбке и медленно кивнул. – А пока можете присоединиться к группам или сразу направиться в столовую, если захотите.//

    Pink_Panther:
    – О, точно, столовая, – спохватился Рендалл , сперва даже не удосужившись попрощаться со своими собеседниками, но тяжесть поставленного на пол чемоданчика его образумила, весьма вовремя попавшись под ноги владельцу, и тот, развернувшись, весьма сухо поблагодарил Штернберга и Аккерсдайка за предоставленные сведения. Связанная со смартфоном Раймонда система инженерных очков проанализировала произошедший только что диалог и предложила проложить по подготовленной пару минут назад карте путь до столовой. Рендалл про себя отметил, что режим отслеживания голосовых команд, которую он до обновления ПО использовал довольно часто, работает идеально, и дал положительный ответ. Среди блёклых мерцающих линий переходов появились две точки – красная и зелёная, и линия, соединяющая их. Всё вело к тому, что красная точка должна была совпасть с зелёной. Только вот верно ли программа проложила путь по свежей, ни разу до этого не сканируемой карте? Что ж, попробовать стоило.//

    Лезер:
    Компания рядом с кореянкой собралась не самая обычная: в основном это были солдаты, среди которых человек двадцать носили форму космопехоты, среди них врач заметила и двух своих недавних знакомых – англичанина Эркенвальда и американца Харпера. Затем её взгляд упал на одного из гражданских не совсем обычной наружности: это был молодой человек лет двадцати-двадцати пяти со светлыми волосами средней длины, торчащими в разные стороны, и с необычно внимательным взглядом в серых глазах, но чем он выделялся больше всего – так это тем, что носил тёмно-зелёный солдатский китель, перетянутый ремнём с солдтаской же пряжкой, правда без погон и каких-либо нашивок. На правой части груди к кителю был приколот орден Красной Звезды – весьма почётная воинская награда в СССР, и вот здесь уже можно было сказать точно, что этому человеку приходилось воевать.
    Через какое-то время мичман с табличкой оглядел зал, что при его росте не составляло труда и, удостоверившись, что все группы уже собраны, громко объявил:
    – Попрошу тишины! Товарищи, попрошу тишины! – он подождал, пока разговоры утихнут, и продолжил. – Группа В-251 – В-300 выходит первой! Следуйте за табличкой и постарайтесь не теряться! – с этими словами он неспешно покинул помещения, ожидая, пока следом подтянутся и остальные в сопровождении матросов. Тут Ким заметила, что рядом с ней возник уже знакомый ей главхирург корабля, Родригес.
    – А, вы, госпожа Ким, – сказал он, и его взгляд будто бы виновато забегал по полу, после чего он посмотрел ей уже в глаза. – Простите мне мой неделовой вид, у меня, знаете ли, накануне была тяжёлая ночка, – он характерно помахал руками, демонстрируя кореянке абсолютно чистые ладони. – Случилась неприятная история, вот я и не спавши. А мы с вами, однако, по соседству, – заметил он как бы между прочим.//

    Silensio:
    С одной стороны, тот факт, что большинство её соседей – военные, да еще и космопехотинцы, не слишком обрадовал Мёнсин; впрочем, пока они не нарушали тишину её каюты и держались подальше от лабораторного оборудования – она готова была их терпеть. В глаза бросились два уже знакомых лица пары военных, обсуждавших командование каким-то там военным отрядом еще на челноке. Но по-настоящему привлек внимание мисс Ким довольно молодой блондин, которого не удавалось определенно отнести ни к гражданским, ни к военным.
    Отвлекшись от собственных мыслей, Мёнсин пригляделась повнимательнее к юноше. Несмотря на явно военную форму одежды, у блондина отсутствовали какие-либо знаки отличия, присущие прочим армейским. Орден СССР на груди давал возможность предположить вероятное гражданство, но и только. Про себя Ким предположила, что молодой человек является сотрудником разведки Советского Союза, однако однозначно решить, насколько приятно иметь подобного соседа неподалеку, затруднилась. В конце концов, решив, что не слишком вежливо подолгу так глазеть на человека, Мёнсин вернулась к своим мыслям.

    Наконец, все группы собрались, и кучерявый проводник повел их по коридорам «Авроры». Уже по дороге кореянку несколько ошарашил главный хирург, Родригес. Как ни странно, в противовес общей неопрятности он оказался не столь уж неприятным человеком.

    – Ничего страшного, доктор… Родригес. – Мёнсин искренне улыбнулась. – Работа превыше всего. Все мы иногда вынуждены пренебрегать собой ради любимого дела. Искренне рада, что наши комнаты по соседству. – И тут она не кривила душой, ведь были варианты намного, намного хуже. – Приятно знать, что рядом будет жить коллега по ремеслу. Скажите, Вам уже приходилось работать в условиях космической станции? Признаюсь, для меня это в новинку и я несколько нервничаю по этому поводу.
    //

    Лезер:
    – Хех, и на том спасибо, – с рассеянной улыбкой произнёс Алонсо. – А что до станции, то – да, я в основном как раз и работал на кораблях. Но не волнуйтесь, я не думаю, что тут есть какие-то ну о-очень существенные отличия. Ну, разве что если вдруг отключат гравитацию, – доктор хохотнул. – А я вообще военный хирург, работал с ранениями, меня как раз и назначили сюда на этот случай.//

    Silensio:
    – Вы не представляете, как Вы меня успокоили. Огромное спасибо. – Ким вновь улыбнулась. Воистину, после несколько нервного начала полета ей было очень приятно встретить, наконец, коллегу и приятного собеседника в одном лице.
    – Что ж, мы не можем быть уверены, что таинственная жизнь за пределами нашей системы будет к нам дружелюбна. – Предприняла кореянка вторую за сегодня попытку пошутить. И, поскольку юмор никогда не был её коньком, хотела вновь вернуться к разговорам о работе, но неожиданный вопрос вдруг возник в голове, и искушение задать его было слишком велико.
    – Скажите, а что вам известно о представителях спецслужб на корабле? Ничего не подумайте, это обычный интерес, а вам, как военному медику, должно быть, известно в этом отношении несколько больше.
    //

    Лезер:
    – Да что вы, не стоит, право слово, – ответил испанец на реплику об успокоении. После вопроса Мёнсин он заговорил на пониженных тонах:
    – Спецслужбы... – тут он наклонился ближе к лицу коллеги и совсем негромко произнёс следующее. – Ничего не знаю наверняка, но вообще я уверен, что здесь есть как минимум пара контрразведчиков. Корабль-то первый в своём роде, ладно внешний вид, но вот прыжковая установка, если вы понимаете, о чём я... этой технологией могут заинтересоваться, и чисто в теории на крейсер могут протолкнуть шпионов... а может и нет, но вот насчёт контрразведки я почти уверен.//

    Silensio:
    Мёнсин взвесила в уме слова коллеги. По словам Алонсо, никакой причины опасаться гипотетических агентов не было – и, хотя едва ли он мог считаться экспертом в вопросе, особой причины сомневаться в его словах у доктора Ким не было. Вероятно, ей просто требовалось стороннее мнение, подтверждающее, что все в порядке. По идее, у любого законопослушного гражданина не было никаких причин бояться контрразведки, но все же атмосфера таинственности нагоняла страху, подкреплявшегося неоднозначными слухами и не самыми приятными картинами из прошлого – тот же пониженный голос хирурга доказывал это.

    Однако на текущий момент Мёнсин, опираясь на мнение Родригеса, могла с чистым сердцем переключить свое внимание с фантомных страхов и вернуться к насущным проблемам.
    – Благодарю Вас, доктор Родригес, – с улыбкой произнесла кореянка, – в очередной раз Вы меня успокоили. Воистину, я у Вас в долгу.
    //

    Лезер:
    – Да оно того не стоит, поверьте, – хирург небрежно махнул рукой. – Нам в этом деле бояться нечего. И потом, я уже ходил под командой нашего капитана, а он на корабле непорядка не допустит, поверьте. Кстати, насчёт жизни, – тут Алонсо как-то странно улыбнулся. – А вы в инопланетян верите?//

    Silensio:
    Последний вопрос хирурга весьма порадовал кореянку.
    – Знаете, человеку всегда было свойственно искать в огромной пустынной вселенной какой-то оплот здравого смысла и разума помимо себя. Инопланетяне в этом плане чем-то похожи на Бога – хотя образ Бога выполняет куда больше функций в становлении человеческого общества, конечно же. Тем не менее, люди подсознательно надеются найти там, за чертой, что-то – возможно, потому, что человек не способен до конца поверить в интеллектуальную пустоту космоса, как не способны мы до сих пор до конца осмыслить таинство смерти. Так или иначе, я стараюсь придерживать коней и не торопиться с ожиданиями. Хотя, должна признать, потенциальная возможность подобной встречи…интригует.
    //

    Лезер:
    – Вот и меня тоже, – кивнул Алонсо. – Вообще, знаете, я не думаю, что мы там встретим разумную жизнь. В конце концов, у нас всего-то в планах полетать в пределах эдак... пятидесяти световых лет от Солнца, а если бы на таком расстоянии был развитый разум, мы бы уже давно контактировали. Но знаете, ведь у ближних звёзд множество планет обнаружили в обитаемой зоне... ну, скажем так – потенциально обитаемой, – он поднял вверх указательный палец. – И у меня ощущение, что...
    – Господа и дамы! – раздался тем временем голос остановившегося мичмана, и Родригес послушно замолчал. – Минуточку внимания! Товарищи, мы сейчас подошли к границе отсеков, носового и среднего. Если кто-то уже ознакомился со схемой корабля, вы могли видеть, что жилые каюты находятся в среднем отсеке и расположены по кольцу на втором и третьем ярусе. Теперь, пожалуйста, все достаньте свои деки и откройте схему судна! – он прервался на несколько секунд, поджидая пассажиров, и затем продолжил. – Вы видите, что каждый ярус кольца поделён на шесть секторов, по три в каждом полукруге – A, B, C, D, E и F. Сектора А и F – технические, остальные – это жилой блок. В каждом секторе находится по сто жилых помещений. Теперь внмание: как видите, через кольцо проходит продольный отсек, соединённый поперечными переходами с каждым сектором на всех ярусах – это главная транспортная артерия нашего корабля. Если идти, скажем, от столовой до сектора В пешком, вам потребуется примерно десять минут, а транспортом вы можете добраться за одну-две минуты. Прошу за мной, товарищи!
    Они поднялись на ярус выше, миновали пару гермодверей, после чего оказались в просторном помещении, похожем на гигантский коридор, тянувшийся вдаль сколько хватало глаз, и взорам пассажиров «Авроры» предстали восемь монорельсов с несколькими крытыми вагонетками на каждом.
    – Такие есть на каждом ярусе, – громко произнёс Борисов. – Четыре рельса идут в одну сторону, четыре – в другую. Каждая вагонетка рассчитана на тридцать человек и управляется полуавтоматически: всё, что вам нужно, это дать голосовую команду, например, «Сектор С», или щёлкнуть по нужному сектору на сенсоре пульта управления. Прошу вас занимать свои места!//
     
  4. Лезер

    Автор
    Автор
    Лезер
    Member
    Регистрация:
    13 ноя 2010
    Сообщения:
    355
    Баллы:
    18
    Лучших ответов:
    0
    ***

    Лезер:
    Вопреки сомнениям Раймонда, программа проложила маршрут совершенно правильно, да и не таким уж сложным он оказался: столовая оказалась на том же ярусе и буквально по соседству с залом заседаний, причём в ней также имелись в наличии фиктивные иллюминаторы и изображением окружающего космоса: всё было сделано для того, чтобы команда чувствовала себя не столь замкнуто внутри огромного крейсера, так как по соображениям безопасности помещать столовую на внешние ярусы с реальными иллюминаторами было нельзя.
    Несколько человек уже стояли с подносами у стойки, в основном это были новоприбывшие гражданские. Ещё издали Рендалл заметил смуглокожего индуса-кока, весьма сильно выделявшегося на фоне белых товарищей по камбузу, который, сложив руки за спиной, прохаживался от кассы до мест выдачи и обратно. На ужин здесь была парочка разных супов, свежее картофельное пюре с гуляшем, а также жареная рыба и даже «вегетарианский» набор.//

    Pink_Panther:
    Как только инженер вошёл в столовую, то сразу растерялся. Даже не от того, что он не знал, куда податься, наоборот – окно выдачи и касса-то как раз были видны отовсюду. Но прям так сразу с ходу… Нет, на виду Рендалл мог сказать всё, что в голову взбредёт. Но даже он иногда мог не совладать с внезапно поступившей информацией.
    «Хм… Профессор. Как? Се… Сеничев. Да. Сеничев, вот он идёт.»
    В самом деле, прямо за Раймондом в столовую вошёл академик Сеничев и, в отличие от того, он сразу же подошёл к раздаче. Решив не мешкать и сделать всё в точности, как академик, который здесь явно был дольше. Заказав то, к чему душа лежала (а душа в тот момент лежала к солёному и жареному), Рендалл оглядел пространство вокруг в поисках свободных столиков. И вновь за ближайшим столиком восседал академик Сеничев в гордом одиночестве. Идти с неустойчивым подносом куда-то дальше желания не возникало.
    – Не возражаете? – инженер непринуждённо приземлился за тот же стол, что и академик.//

    Лезер:
    – А, нет, конечно, здравствуйте ещё раз, – Андрей Николаевич покачал головой и жестом пригласил Раймонда сесть напротив. – Приятного аппетита!//

    Pink_Panther:
    – Благодарствую, и вам того же, – улыбнулся Рендалл, поровняв линию подноса с линией стола в приступе перфекционизма. – Для космического корабля с циклом автономности в пару лет здесь подают на удивление свежую пищу. А я уж готовился к архаичным тюбикам, на зубной пасте дома тренировался. Малопитательно, правда, да и люблю поострее, – Рендалл постарался быть подружелюбнее – из академика явно можно было вытянуть что-то полезное и интересное. Так почему бы не поразвлечься самому и заодно не узнать что-то новое?//

    Лезер:
    – Придёт время – и до тюбиков дойдёт, – с хитрой улыбкой сказал профессор, при чём таким голосом, как будто это было нечто самоочевидное. – А пока возможность есть, будем наслаждаться родной земной пищей. Ну или марсианской, тут уж не знаю, – он пожал плечами и откусил кусок хлеба. Прожевав, продолжил. – На морозильные системы пока, вроде, не жаловались. А если очень повезёт, мы даже успеем вернуться, до того как перейдём на тюбики.//

    Pink_Panther:
    – Тюбики… А гадость же. Готов поспорить, что те гении, что, например, нахимичили тюбик с куриным бульоном, никогда не вкушали настоящего куриного бульона.
    Инженер наколол на вилку отрезанный кусок рыбы и, задумчиво посмотрев на него, отправил в рот.
    – Кстати, о химии. Скажите, профессор, а правда, что производственной и исследовательской мощностей лабораторий комплекса хватит на то, чтобы поддерживать стабильную занятость среди приглашённых специалистов? – прожевав, спросил Рендалл, попытавшись подвести разговор к интересующей его теме.//

    Лезер:
    – Насчёт занятости – не совсем уверен, – сказал Сеничев, обдумав ответ. – Могу одно сказать: когда начнём исследовать планеты, работы будет навалом, и её всем хватит. Но вот если вдруг случатся какие-то непредвиденные перерывы – тогда не знаю. Ресурсов, конечно, много, но они не бесконечны.//

    Pink_Panther:
    – Ну, надеюсь, здесь будет работать принцип стандартного сборочного конвейера: из ресурсов производится какой-то компонент, из которого потом производится ещё какой-то механизм, а потом из всего этого получается что-то такое… Такое. Ради чего всё и затевается, – более воодушевлённо начал Рендалл, но сразу осёкся, осознав, что эмоции могут взять верх над ним. Впрочем… Всё равно, к вопросу надо было подойти поближе.
    – А на эти мощности можно посмотреть? Ну, по крайней мере, на те, с которыми придётся столкнуться.//

    Лезер:
    – Отчего же нет? – академик взглянул на Раймонда. – Можете, кстати, как раз присоединиться ко мне чуть попозже: я обустроюсь в каюте, а потом пойду осматривать рабочие помещения. Наши будущие лаборатории, – он улыбнулся. – Штернберг сказал, что уже подсуетил матросов, и вся аппаратура на месте, а если вдруг понадобится какая перестановка – обратимся к боцманам, а уж они своих молодцов отрядят.//

    Pink_Panther:
    О да. Цель диалога была достигнута довольно быстро. Ну что ж, этому можно было только порадоваться.
    – Хе-хе, буду только рад. Думаю, вы понимаете, что чем быстрее персонал освоится с предоставленным оборудованием, тем быстрее мы все сможем получить хоть какой-то результат, даже если учитывать, что конкретно работать сейчас вряд ли есть над чем, – Рендалл неопределённо махнул ножиком, и понять, что именно он хотел сказать этим жестом, вряд ли было возможно.//

    Лезер:
    – Разумеется, – так же неопределённо ответил учёный. – К слову, насчёт аппаратуры. Я рассчитывал вам сообщить уже завтра, но, раз уж зашёл такой разговор: я хотел бы назначить вас, господин Раймонд, заведующим по технической части.//

    Pink_Panther:
    Серьёзно?.. А вот это уже интересней. Гораздо интересней.
    – Вот как? Я польщён, сэр. Но с большими правами приходят большие обязанности. Можете прояснить эти моменты? – инженер вскинул бровь, вновь отправляя в рот очередную порцию рыбы.//

    Лезер:
    – Да что тут прояснять, – Сеничев с секунду смотрел в сторону, а затем снова глянул на Рендалла. – Руки у вас, не побоюсь этого слова, на вес золота. Из всего экипажа вы самый опытный инженер, и мне хотелось бы, если позволите так выразиться, взвалить на вас работу по обслуживанию нашей аппаратуры и по поддержанию её в должном состоянии. А в случае, не дай бог, поломок, вы будете руководить ремонтом оборудования, возможно и не только научного. И – да, через ваши руки будет проходить вся документация и отчёты по этой части, и через вас же я рассчитываю общаться с капитаном и старпомом по поводу нужных деталей, каких-то приспособлений и тому подобных штук. Как вам они, кстати, вы ведь перезнакомились?//

    Pink_Panther:
    – Ну, если говорить начистоту, – хмыкнул Рендалл, отложив вилку в сторону, – то капитан явно чувствует себя на своём месте. Спокойный такой, рассудительный. Немцы – что с них взять. А вот старпом явно не в моём вкусе. Что-то в нём есть такое... Такое...
    Рендалл ещё несколько секунд пытался подобрать эпитет, но потом просто пожал плечами, давая понять, что не всё в Аккерсдейке ему нравится.
    – За словом он в карман не полезет, это точно.//

    Лезер:
    Профессор хохотнул:
    – Хе-хе, ну товарищ Аккерсдейк – он такой, да, если правда то, что я слышал от капитана.//

    Pink_Panther:
    Раймонд приподнял бровь:
    – Ну, в любом случае, нет таких людей, которые чем-либо мешали бы мне заниматься тем, для чего я, собственно, здесь. Хотя... Разве что эта... Ким. Ким Мёнсин, да.
    Рендалл понизил голос на пару тонов, после чего заговорщицки наклонился поближе к профессору:
    – Она меня пугает. Человек не может быть таким правильным. Она, ну как робот. Может быть, не зря она медицинской частью заведует. Ну... Злые гении и всё такое.//

    Лезер:
    Сеничев в очередной раз улыбнулся, и не сразу понятно было, что преобладало в этой улыбке – снисходительность, умиление или ирония.
    – Странно от вас такое слышать. Вы ведь прожили столько лет с азиатами бок о бок, должны знать об их порядочности. Некоторые этой порядочностью почти одержимы, – при этих словах астрофизик пригубил чаю. – Я вообще не представляю, каково это – так долго жить вдали от родины. Нет, никогда этого не понимал, – он при этих словах покачал головой.//

    Pink_Panther:
    – Я тоже так думал. Но постепенно привыкаешь к чужому менталитету, становишься своим среди чужих, чужим среди своих.
    Рендалл опустил взор на секунду, но в следующий же момент вновь смотрел на профессора, сцепив кончики пальцев в :
    – Не думаю, что это плохо. В конце концов, Союз дал мне то, что не смогла дать мне родина. И не потому, что где-то лучше, чем дома. Просто там мои начинания, мои умения были непопулярны, не востребованы, только и всего, – пожал он плечами и полубезразлично развёл руками:
    – А дом там, где ты нужен, и где тебя ждут.//

    Лезер:
    – Так вы, значит, космополит, господин Раймонд? – с какой-то долей разочарования в голове спросил Андрей Николаевич. – Ну, впрочем, не могу вас за это судить. В конце концов, наш большой дом – Земля, да и то вернее сказать – Солнечная система. Вы знаете, это очень интересный вопрос на самом деле. Скажите, вы читали Циолковского?//

    Pink_Panther:
    – Мне приходилось видеть лишь научные его труды, – уклончиво заметил Раймонд, отложив столовые приборы в сторону, – и, увы, должен признать, что многие из его теорий и исследований и по сей день остаются фантастическим чтивом для подростков.
    – Кстати говоря, что вы подразумеваете под словом «космополитизм»? Потенциальную свободу передвижения по миру?//

    Лезер:
    – Да нет, несколько не то. Сейчас ведь ей почти все люди мира обладают – по крайней мере, большая часть, да это ведь и к лучшему. Просто я человек с советским воспитанием, и... у меня несколько другие соображения о родине, только и всего. В этой связи, кстати, интересно иногда читать то, что по этому поводу писали в веке двадцатом, двадцать первом. Сейчас времена изменились, и к лучшему, как мне кажется, но кое-что всё-таки осталось. А что до Циолковского... думаю, вам будет интересно прочитать его научно-философские труды, – он сделал акцент на последнем слове, – кстати, они наверняка есть в электронной библиотеке корабля, а если нет, я с удовольствием поделюсь своей электронкой.//

    Pink_Panther:
    – У благополучного и счастливого человека определённые положительные чувства к тому месту, где он родился, должны сохраняться, и я разделяю это мнение. Но на мой взгляд, совсем необязательно совмещать на всю жизнь место своего рождения и место проживания.
    Рендалл поёрзал на неудобной скамейке, а затем встал из-за стола, намереваясь унести посуду.
    – Да, благодарю за ваше предложение. Никогда не упущу возможности узнать что-то новое.//


    Лезер:
    Сеничев, также закончивший с едой, встал следом, взял поднос и, пристроившись рядом с Раймондом, продолжил:
    – Тогда напишите мне, если вдруг возникнет желание. Я бы потом с удовольствием обсудил с вами кое-что. А что до ваших слов, знаете, я в этом с вами согласен: я ведь вообще потомок марсианских колонистов, хоть и родился на Земле. Ведь человечество неуклонно движется к объединению: пятьсот лет назад для нас был домом весь Советский Союз, а сегодня это дом для гораздо большего спектра народов! А придёт время, так и вовсе всё человечество соединится. Я когда упомянул про космополитизм, имел в виду кое-что другое. Но об этом, наверное, в следующий раз. Спасибо за разговор!//

    Pink_Panther:
    – Вам спасибо, но не прощаюсь. Встретимся в лабораториях, – кивнул Рендалл и, подхватив свой серебристый чемоданчик и, задав маршрут к собственной комнате, зашагал по коридорам.//

    ***

    Августин:
    – На этом всё, сэр? – подождав, пока последний страждущий отдалится, спросил каплей, брифинг окончен полностью или же вы хотели бы сказать что-то лично мне. Если мне память не изменяет, лично мне вы тоже хотели сказать кое что, да и сам я не прочь спросить некоторые вещи, если это допустимо в текущей ситуации, конечно же //

    Лезер:
    – Одну минутку, лейтенант, – ответил Штернберг, после чего повернулся к остальным. – Товарищи, можете быть свободны. Горюнов, скоординируйте тогда пилотов и покажите им ангар. Затем я вас жду на мостике.
    – Есть, капитан, – первый штурман отсалютовал Герхарду и, крутанувшись на каблуках, удалился. За ним, попрощавшись с флотскими, последовал и Сеничев. Каперанг, почесав бородку, повернулся к Аккерсдейку и сказал:
    – А вы спрашивайте, Леви, может вопросы как раз совпадут по содержанию. А то потом ещё забудете.//

    Августин:
    – Не волнуйтесь, не забуду, у меня же всё записано, – улыбнулся в ответ Леви, не став защищаться от шуточного выпада капитана, хотя тот и точно знал, что память у него дырявая только для гражданских. Ну, и на имена.
    – На самом деле, не уверен, насколько корректно обсуждать это здесь, – он на секунду смолк, давая возможность шуму вокруг сказать за него, – хотел бы спросить сугубо рабочие вещи относительно некоторых особо примечательных личностей, – он нарочито неловким жестом поправил отсутствующий на себе бейдж, давая понять, о ком он, – я уверен, это не единственный... Кадр, если вы позволите мне так выразиться. И лично я бы не доверил ему... пушку, – на последнем слове старший помощник не смог сдержать смешка, – даже если с документами у него всё в норме... //

    Лезер:
    – Не знаю, честно – не знаю, лейтенант, – со вздохом сказал капитан. – С документами всё в норме, в этом я уверен. А что до пушки... – он замолчал на мгновение, отведя взгляд в сторону. – Вот что, устройте ему тест. У нас вон виртуальное стрельбище оборудовано, там и проверите на адекватность. Да, ещё кое-что насчёт особых кадров, – тут капитан коротко глянул в сторону выхода, по мере того как конференц-зал пустел. – Есть ещё один парень, помимо этого, который из бывших военных. Павел Краснов, археолог русский, он воевал в Средней Азии против фундаменталистов буквально два года назад.* Меня о нём предупреждали отдельно, так что он к вам тоже придёт заполнять форму. По слухам, весьма приятный молодой человек. У него ещё наградной пистолет есть при себе, но, думаю, щеголять он им не будет, – тут капитан тоже хохотнул. – Да, ещё, когда вы к нам в коридоре шли, может, видели по пути индуса? Гражданского, разумеется.//

    Августин:
    – Индуса, говорите? – Леви задумался на мгновение, вспоминая свой путь от каюты до процессии, но вспомнить ему не удалось, возможно, мешало то, что он никак не мог выгнать из головы мысть о том, что раньше капитана подумал он о стрельбище, но хотел всё сделать сам и тихо. Не получилось. Поборов таки упрёки самому себе в собственной болтливости, он напряг свою память ещё раз.
    – Честно говоря, не встречал или просто не обратил внимания. А что, нашему коку теперь будет не скучно? – улыбнулся Леви //

    Лезер:
    – И не только ему. Нам всем, – серьёзно сказал каперанг. – Я даже сейчас вам перешлю досье на него. Амар Нараян.
    Он достал деку и, что-то набирая на ней, продолжил говорить:
    – Этот субъект, мягко говоря, тоже особенный. Особенный тем, что проявляет невиданную вседозволенность, плевать хотел на субординацию, несдержан как на язык, так и на дела. Спокойно может кого-нибудь оскорбить или выкинуть что-то из ряда вон выходящее. И, что самое печальное, без последствий для себя. Да, вы правильно меня расслышали, – он закончил с декой и вновь обратил взгляд к старпому. – Он обладает навыками, которых здесь больше ни у кого нет, вот и знает, что может нарушать порядок почти безнаказанно. И пока я, честно говоря, не совсем представляю, как на него можно повлиять.//

    Августин:
    – Придумаем что-нибудь, – в свою очередь достал электронику каплей, уточняя, что именно пришло ему и пришло ли, – если так подумать, то раз он такой уникальный и вседозволенный, если позволите так выразиться, то как же он попал сюда, вернее, ну, – тут Аккерсдейк задумался на секунду, после чего продолжил, – в конце концов, не только нам от него что-то нужно, ему тоже, поймём, что именно, сможем поторговаться с позиции силы. К тому же, что это за навыки, которых не у кого нет? Или всё это есть в досье? //

    Crour_Vult:
    Время подходило, нужно было идти, но не хотелось. Слишком много людей, слишком мало полезного в них. Но он всегда доводил свои дела до конца, а значит нужно было идти, найти капитана было просто, в конце концов он никуда бы не делся от этого сборища гражданских.
    Он не спешил, даже когда увидел кэпа, беседующего о чём то со старпомом, их беседы мало интересовали Нараяна.
    – Капитан? – сказал он полувопросительно, обозначается своё присутствие. Продолжать он не стал, если к нему были какие то вопросы капитан сам скажет.//

    Лезер:
    – Я думал о том же, но пока очевидных лазеек не вижу, – капитан покачал головой. – Надо будет смотреть, оценивать ситуацию и думать. А навыки – всё есть в досье, да.
    Тут он, услышав голос, повернулся в сторону индийца. Не сказать, чтобы его ошарашил внешний вид Амара, но несложно было догадаться, что в этот момент происходило у него в голове, потому как секунды две он просто молча созерцал его наряд. Затем покосился на старпома, слегка кивнул ему, тем самым давая знать, что это тот самый субъект, и произнёс, уже обращаясь к новоприбывшему:
    – Да, ещё раз здравствуйте, Немо. Уже устроились?//

    Crour_Vult:
    – Конечно, я не нуждаюсь в няньках, – сказал он с чем то похожим на насмешку, при этом даже не глядя на капитана, да и вообще никуда определённо не глядя.
    – Вы же не за этим звали меня, – добавил он спустя пару секунд безапиляционным тоном.//

    Августин:
    Леви ненавязчиво и незаметно коснулся халата, дабы убедиться, что глаза его не подводят и он действительно махровый. Осознав слова капитана в полной мере, он остановил свой взгляд на бутылке вина в левой его руке и попытался рассмотреть, что там было налито, если, конечно, верить этикетке, но вере во внешний вид никак не способствовал её хозяин, по внешнему виду которого можно было бы заключить, что он президент государства, именуемого комнатой для брифинга уже по меньшей мере лет этак двадцать. Так каплей и остался стоять, задумчиво глядя на бутылку и краем уха слушая разговор махрового индуса с капитаном //

    Лезер:
    – Совершенно верно, – серьёзно ответил Штернберг. – Я с вами вот о чём хотел поговорить. Вы можете, конечно, расценивать своё пребывание здесь как отпуск, круиз, развлекательную поездку, называйте, как хотите. Требований у меня к вам лишь несколько: первое – не мешайте работе учёных. Меня не интересует, как вы будете выстраивать с ними личные отношения, но отвлекать их от работы не позволено никому. Второе – не мешайте работе экипажа. Напоминаю, что вы всё-таки на военном судне, – он особенно выделил предпоследнее слово, – и должны соблюдать те же нормы, что установлены для остальных. Привилегированных у нас здесь нет. И третье, – Герхард кашлянул кулак. – Знайте чувство меры. Вам всё ясно?//

    Crour_Vult:
    – Ах да, нормы. Несомненно, я не буду мешать учёным или вашим людям. Что до остального, – он сделал паузу и прищурился, – вы ничего не знаете, возможно лет через сорок, вы сможете меня понять и мы поговорим об этом, а сейчас я слишком ценю отпущенный мне срок, – он поднял бутылку, – чтобы тратить его на бессмысленную игру в приличия и порядки, за вас капитан, – и он отхлебнул из бутылки./ /

    Лезер:
    – Мы друг друга поняли, – кивнул Штернберг и даже слегка улыбнулся. – Спасибо. Можете быть свободны до востребования.//

    Августин:
    Взгляд каплея последовал за бутылкой, в какой-то момент уперевшись в лицо её обладателя, словно застеснявшись, она дала ему понять, что лучше бы перестать пялиться на неё, а то его новый знакомый подумает что-нибудь не то. – Хорошая вещь, насколько мне известно, – поспешил утешить сам себя Аккерсдейк, да заодно и сказать хоть слово, дабы не показаться излишне молчаливым, – поводом является прибытие на корабль или... просто новый день? //

    Crour_Vult:
    – Поводом? Пожалуй, мне не нужны поводы, – он улыбнулся как то странно умиротворённо, словно бы получил для себя ответ на вопрос в чём смысл жизни.//

    Августин:
    – Хм!.. – хмыкнул Леви, сделав для себя какие-то выводы, а может просто недоумевая, что это перед ним и как оно тут оказалось. Пожав плечами и ещё раз окинув взглядом стоящего перед ним индуса, он дал понять, что вопросов больше не имеет //

    Crour_Vult: Немо зашагал прочь, у него ещё были дела и обязанности. Дверь привычно открылась выпуская его в коридор где было пусто и это было хорошо. Он не спешным шагом ушёл сперва к техническим лестницам. Он не любил лифты и транспорт, они делали людей ленивыми. Его путь лежал на две палубы вверх, а потом через корабля до техотсеков.//

    ***

    Лезер:
    Тем временем некоторые космолётчики, находившиеся в зале, собрались вокруг своего сослуживца, который держал выделявшуюся табличку с надписью «Эскадрилья «Пульсар». Им оказался среднего роста мужчина с резкими чертами лица и короткими, встопорщенными рыжими волосами, а также бакенбардами, обрывающимися у подбородка. И это был ни кто иной как командир новообразованной эскадрильи, о чём он и сообщил практически сразу, как к нему подошли Эрнан с Войцехом, которых он практически сразу узнал:
    – О-о, майор Васильес? Рад приветствовать, – он протянул космолётчику руку. – Майор Ярослав Лисицын, ваш новый комэск.//

    Егор Тишин:
    Фернандо пожал протянутую ему руку.
    – Ярослав Лисицын? Вы же из СССР? Кажется, я часто слышал упоминание вас в сводках новостей.
    Эрнан хотел сразу узнать и позывной командира, но посчитал, что и так задал слишком много вопросов в пределах одного монолога. Всё это время он изучал человека, стоящего перед ним. Да, тот был настоящим военным с виду, держался прямо, телосложение имел крепкое. То, что слышал о нём Васильес, не давало ни единого шанса задуматься о некомпетентности комэска. Эрнан, тем не менее, мог ошибаться, у этих русских такие сложные имена, легко перепутать. Не дожидаясь ответа на группу вопросов, он добавил, слегка улыбнувшись:
    – Скорее бы глянуть на наших новых железных подруг.//

    Лезер:
    – Так точно, майор, оттуда. Русский я, – он криво ухмыльнулся кубинцу. – Люди из братских республик, гляжу, друг друга за версту узнают. Кстати, можете смело обращаться ко мне по позывному, он у меня очень простой – «Лис», – он характерным жестом указал на свою шевелюру.
    – Ко мне тоже, – хрипловатым голосом молвил стоявший по соседству коренастый усач с залысиной на голове. – Василий Мартынюк, «Буран». А на птичек ещё насмотримся, сейчас вот как раз всех соберём. Мне и самому не терпится. А вы, никак, Хильда Мортенсен? – обратился он к спутнице Фернандо и Войцеха.
    – Верно догадываетесь, – кивнула норвежка.
    – Ну ещё бы, когда единственная барышня на всю эскадрилью, да ещё и ас, не догадаться, знаете ли, сложно, – заулыбался Мартынюк.
    – А вот и наши шотландцы идут! – возвестил тем временем Лис, указывая кивком головы на новоприбывших. Ими оказались трое лётчиков с британскими нашивками на униформе, а ещё – со стилизованным изображением репейника под ними: шотландцы всегда любили выделять себя. Вскоре за ними последовали и остальные, среди которых особенно выделялся арабский космолётчик, лицо которого показалось Васильесу смутно знакомым. Вместе с ними к собравшимся присоединился и великан Горюнов, окинувший взглядом пилотов, и зычно произнёс:
    – Итак, все в сборе? Прошу за мной, к ангарам, товарищи пилоты. Сейчас будете осматривать машины, а потом товарищ Лисицин вас перезнакомит и сообщит детали.//


    Егор Тишин:
    Подошёл момент, когда пилоты вошли в ангар. Фернандо всегда нравилось, когда всё расположено идеально одинаково, ровно и выверенно. Именно поэтому открывшийся перед ним вид стоящих на чётко очерченных местах кораблей заставил его внутреннего перфекциониста почувствовать удовлетворение.
    «Да, кораблики – то, что надо. Только с конвейера, небось». Эрнан обошёл свой, зеленоватого, даже скорее оливкового оттенка истребитель, чтобы осмотреть двигатели. Увиденным он остался доволен, еле заметная улыбка во второй раз появилась на его лице. С приятным гидравлическим шумом открылась дверь в кабину, открыв мигающий синим светодиодом пульт управления в режиме ожидания. Фернандо с удовольствием уселся в кресло, немного отрегулировал его под себя. Включил питание основных систем, оставляя двигатели заглушенными; в мозговой интерфейс началась загрузка обновления драйверов для системы дополненной реальности, а также нескольких программ, здорово улучшающих захват и ведение цели. Приятным женским голосом на чистейшем испанском истребитель поприветствовал своего пилота. «Хоть с кем-то можно будет на lengua materna поболтать. Новый мозг, пилотирующий корабль, провёл полную диагностику, на всякий случай: запустились и заглушились двигатели, в том числе, посадочные и направления; выдвинулись и два раза повернулись элероны и элеватор для полётов в атмосфере; выдвинулись-убрались бронелисты, закрывающие иллюминаторы; навигационная система откалибровалась относительно корабля-носителя. С некоторым сожалением Фернандо покинул кокпит его аппарата; он похлопал истребитель ладонью по корпусу, шёпотом обещая, что они ещё полетают //

    Егор Тишин:
    Каждый раз, исследуя новый корабль, Фернандо неизбежно вспоминал то, что случилось с ним в тот день, когда он лишился ноги. Он вспоминал кабину FC-231 «La Fuerza», последней на тот момент разработки военной промышленности его страны. Он вспоминал, как садился в отполированный и пахнущий новой электроникой салон, как впервые подключил свежеустановленный интерфейс к истребителю. Тогда он радовался, как будто, хотя, почему как будто? Он и был ребёнком, которому дали поиграть самую новую игрушку. На этом приятная часть воспоминания заканчивалась, потому как практически сразу радость сменилась страхом, за который Эрнан будет винить себя всю свою жизнь. Страхом, который он выгонял из себя несколько лет. Он научился контролировать себя мыслью о том, что пилоты умирают в кресле летательного аппарата, пытаясь выйти из затяжного штопора, а не под пледом на кресле в окружении плачущих родственников. Ему нравилась эта мысль. Ему казалось, что так и должно быть. К реальности Фернандо вернула саднящая боль в ноге, заставившая его вколоть небольшую дозу обезболивающего. «Сегодня больше — ни-ни» – пронеслось у него в голове.//

    Лезер:
    Кубинец не знал, что в этот момент за ним из кабины соседней машины наблюдала его новая подруга по эскадрилье. И, надо сказать, когда Дива наблюдала вышеописанную картину, она по-настоящему посочувствовала космолётчику.
    Проверка систем истребителей длилась ещё некоторые время, и пилоты остались совершенно довольны результатом: все двенадцать машин были готовы к эксплуатации. Громко свистнув и помахав сослуживцам рукой, майор Лисицын подозвал всех к себе и, когда они собрались, произнёс с улыбкой:
    – Так, друзья мои, с железными «Пегасами»* мы познакомились, а друг про друга, как водится, забыли, – он усмехнулся. – Ну да горе не беда: мне думается, вы уже все перезнакомились в неформальной обстановке, а теперь пора бы придать всему этому чуть больше официоза. Значит так: айда за мной к тренажёрам, там спокойно рассядемся, и я всх представлю и распишу должности.
    – Что, не успели разместиться, а уже сразу за полёты на тренажёре? – вставил тот самый лётчик-араб.
    – Конечно, а чего время терять? – Лис рассмеялся. – Но шутки шутками, а тренировки начинаем уже завтра. Давайте, пошли.
    Когда процессия лётчиков двинулась прочь из ангара, комэск в какой-то момент замедлил шаг и, поравнявшись с Эрнаном, спросил:
    – Как ваша нога, майор? Я не слишком быстро иду? Вы одёргивайте меня, если что.//

    Егор Тишин:
    – Спасибо, всё в порядке. Если бы я не был готов к тому, чтобы отправиться с вами всеми сюда, чёрта с два бы я вообще пытался записаться. И прошу вас, не надо под меня подстраиваться, при всём уважении, я буду чувствовать себя инвалидом, от чего я избавляюсь все эти годы. Это всё из-за того стояния там, на Земле. Вы вряд ли ещё раз застанете меня в таком состоянии, уж будьте уверены, – улыбнувшись во второй части своей речи сказал Эрнан, – да и вообще, обращайтесь со мной так же, как и с остальными, уж я-то себя точно буду так лучше чувствовать.
    После этих слов кубинец проследовал за Лисом в тренировочную комнату.//

    Лезер:
    – Рад слышать, Фернандо, – с ухмылкой кивнул ас. – Вот такое отношение мне нравится. Слетаемся.

    ***

    Usagi:
    Айрис еще раз проверила дневник и коммуникатор, но новых сообщений не поступало, хотя она и ждала ответа. Нужно было действовать самостоятельно, и чем-то занять себя. Другие наверное уже тоже нашли себе каюты, раскладываются, и готовят оборудование. Рядом с камерой журналистка прилепила на грудь карточку с именем, фото, и какой канал она представляет. Это ведь для работы. Потом снова подошла к зеркалу. И почему все только и говорят, что у нее внешность молодой Бритни Спирс? У ее семьи ведь совершенно другие потомки. Однако даже журналы приводят фотографии, и находят чуть ли не полноценные сходства молодой и талантливой журналистки с популярной певицей ХХ века. Айрис и не отрицает, что они похожи – те же волосы, лицо. Впрочем, если она и делала операции пластической хирургии, чтобы быть похожей, то тщательно это скрывала от общественности. Главное, что эта внешность превосходно красива, и вызывает массу одобрения у публики.
    Девушка расчесала волосы, и вышла из каюты в коридор. Она хорошо запомнила карту, и сейчас направлялась в исследовательский отсек. //

    Лезер:
    Ожидания журналистки, надо сказать, оправдали себя: сильно выделяющийся на общем фоне прикид привлекал к себе многие взгляды, и стоило ей выйти за дверь, как она в это убедилась. Мимо прошагал какой-то из флотских офицеров, задержав на Айрис наполовину удивлённый, наполовину заинтересованный взгляд. Буквально через полминуты мимо прошагали двое матросов с ещё более заинтересованными взглядами, а один из них даже свистнул вослед журналистке.//

    Usagi:
    На это она и рассчитывала. Привлекать внимание, как можно больше внимания. Чем больше симпатий, тем легче сделать репортаж, тем доступнее станет человек. А собирать нужно всё – от важных сведений вплоть до различных историй и баек, которыми потом можно приукрасить общую картину.
    Ей нужен был исследовательский комплекс. Вряд ли там сейчас были ученые, но если получится всё осмотреть... Айрис рассчитывала, что обладает достаточным уровнем доступа, если там будет охранник, с ним можно договориться. //

    Лезер:
    По пути журналистка ещё не раз натыкалась на почти неприкрытый интерес к её особе, и сложно представить, в какой мере это тешило её самолюбие. Через несколько минут, когда она спускалась по лестнице на палубу ниже, ей предстало довольно необычное зрелище: навстречу Айрис поднимался человек в свободной чёрной одежде, поверх которой был напялен самый настоящий банный халат, а в руке незнакомец держал бутылку вина. Этого типа она уже мельком видела раньше, ещё на Байконуре, по лицу с имплантами вспомнить его оказалось несложно.//

    Usagi:
    Айрис, заметив человека в таком несуразном виде, да еще с алкоголем, остановилась, даже немного растерявшись. Она догадывалась, что у этого человека особый статус, раз он в ангаре прошел без всяких консультаций. Но настолько... Кто же он такой? Она не помнила, чтобы встречалась с этим человеком раньше, на экранах он не мелькал.
    Но! Раз у него какой-то особый статус, это можно попытаться использовать с выгодой для себя.
    – Вы не покажете мне, где здесь исследовательский комплекс? – спросила Айрис, широко заулыбавшись, чтобы напустить на мужчину чары сочетания своих светлых волос и белоснежных зубов. – Никак не могу найти. //

    Crour_Vult:
    – А вы уверены, что он вам нужен? Вы ведь не из учёных, кто вы? – спросил он оценивающе глядя на Айрис, что именно он пытался оценить и что думал было не очевидно. Не то чтобы магия белоснежых зубов и светлых волос совсем не действовала, но явно не могла занять все мысли Амара, для этого требовалось что то большее или меньшее, если говорить о количестве одежды.//

    Usagi:
    – Я представляю СМИ. – ответила Айрис, подумав, неужели так тщательно изучая ее фигуру этот человек не заметил карточки с данными, или же просто не захотел заметить. – Мне нужно в исследовательский комплекс, для репортажа. Но мы можем поговорить и о вас, например, чем вы здесь занимаетесь? – она уставилась на Амара пристальным изучающим взглядом. //

    Crour_Vult:
    – Ах да, наша сексуальная представительница от сми, – сказал он с долей иронии или с намёком, – Пока в лабораториях пусто, ещё не все расселились, тебе там будет скучно, – он намерено пришёл на ты, в конце концов обращение на вы к девочке которая в правнучки годится было бы нелепым.
    – Обо мне, пожалуй, не сейчас и не здесь, вечером тебя устроит?//

    Usagi:
    – Устроит. – подумав, кивнула Айрис. – Я принесу камеру. – она повернула голову в сторону коридора. – Раз там нет ученых, то можно повнимательнее всё осмотреть. А когда там будет много народу, и все в работе, то могут и не допустить съемки? – сказала она Амару, снова смотря на него и улыбаясь. – Могли бы вы показать мне его? //

    Crour_Vult:
    – Что же ты хочешь увидеть? – спросил Нараян, сделав шаг в сторону журналистки, – нам туда, – при этих словах он повернул Айрис за плечё в родную сторону, в конце концов Немо не собирался ей показывать то что она хочет, а только то что можно посмотреть без лишнего труда. Со своими же планами он уже определился.//

    Usagi:
    – Технологии. Приборы. Какие исследования проводятся. Насколько они готовы к изучению внеземных объектов. – заговорила Айрис, когда они пошли по коридору, ее каблуки постукивали по полу, отдаваясь небольшим эхом. – Я ведь могу это увидеть? Люди на Земле хотят знать всю правду. Им это будет интересно. //

    Crour_Vult:
    – Можешь, сюда, – он пропустил девушку в коридор. Лабораториях тут была только с одной стороны и от коридора была отделена толстым стеклом, внутри было множество каких то столов, биологических контейнеров и биованн, без людей она казалась пустынной. Ещё одна такая же была в носовой части корабля, – внутрь мы заходить не будем, здесь и так всё видно, она на случай если мы найдём какую-нибудь жизнь, – говорил он и в памяти всплыл вид с другой стороны, как его видят обитатели подобного места, что заставило его улыбнуться.//

    Usagi:
    Айрис внимательно всё рассматривала, хоть отсюда и проблематично было увидеть что-то более подробно. При ней не было камеры, но казалось, что она запоминает каждый предмет, а ведь по ее внешнему виду выглядела она далеко не умной. Скорее она просто хотела показать, что разбирается в этом.
    Загремел голос капитана, журналистка подняла голову, смотря на потолок. – Думаю во время отлета лучше быть в каюте. Нас ведь не тряхнет в момент старта? – спросила она с осторожностью, опасаясь, что может упасть на пол. //

    Crour_Vult: – Всё будет отлично, найдёшь дорогу? – спросил он, но не горел желанием провожать её. «На неё будет время после» – сказал он себе, планируя до того заняться более полезными делами.//

    ***

    Лезер:
    – Ну и как вам этот персонаж? – с ухмылкой спросил капитан, глянув на старшего помощника. – Пройдёмте к мостику?//

    Августин:
    – Да уж. Действительно, пройдёмте к мостику, – качал головой Аккерсдейк, совершенно не понимая, что Амар тут делает, – ну, с другой стороны, хоть кто-то всем своим видом показывает, что ему на всё это наплевать, разбавляет, так сказать, нашу серьёзную компанию, – решил убедить сам себя каплей.
    – Подробнейшим образом изучу его досье и обязательно придумаю, что с ним делать, некоторые мысли уже есть, но пока я их ещё подумаю, – задумчиво добавил он чуть позже, уже на пути к мостику //

    Лезер:
    – Он... весьма забавен, – сказал каперанг. – И не менее забавно мне осознавать, что он старше меня чуть ли не на столетие, так что не удивляйтесь, когда будете читать его досье. С ним... весьма тёмная история. Ах да, последняя, о ком хотел упомянуть особо – это Айрис Хадсон. Та самая журналистка, она ещё к нам подходила.
    В этот момент двое вышли из конференц-зала и пошли по коридору к капитанскому мостику. Герхард меж тем продолжал:
    – Я просто-таки предвижу, что рано или поздно она начнёт совать нос не в своё дело. Что поделать, экспедицию кому-то надо освещать. Особа весьма экстравагантная, даже не знаю, что про неё ещё сказать, но для сведения – будьте начеку.//

    Августин: -
    Ново и непривычно всё же работать в таких условиях, – качал головой Аккерсдейк, – столетние полукибернетические мужики в махровых халатах, кожанные скрипящие журналистки... – он на секунду рассмеялся, дивясь тому, что смог сложить все эти слова вместе, – не по-военному как-то. Но ничего, будем начеку //

    Лезер:
    – Справимся, – с полной уверенностью сказал Штернберг. – Я предвижу конфликты на почве подчинения нам, военным, а ещё жалобы на соседей в первые неделю-две. Всё-таки гражданских не призовёшь к дисциплине до такой степени. Непонятливые они господа, – Герхард улыбнулся. – Важные птицы. Да, кстати, лейтенант, завтра в 16:00 состоится рабочее совещание команды по контактам. Вы хотя и не вхожи туда, но должны будете присутствовать.//

    Августин:
    – 16:00, контакты, – повторил он себе под нос, записав в деку и поставив временное оповещение на час раньше, – будем, это будет полезно.
    – Да, ещё не забыть про Краснова, – сам себе повторил Леви, – ведь я верно запомнил его фамилию, сэр? – поинтересовался он у капитана, – археолог, бывший военный. Надеюсь, ему у меня будет больше желания уделить время, чем первому вольному стрелку //

    Лезер:
    – Ну, всё же у парня армейский опыт был совсем недавний, да и более богатый, так что, думаю, с ним проблем не возникнет. У него даже награды имеются.
    Тем временем они уже почти достигли мостика.
    – Скажите, Леви, вы когда-нибудь думали, что своими глазами увидите чужое солнце? И чужие планеты?//

    Августин:
    – Безусловно, – рассудительно начал Аккерсдейк, проводя рукой по подбородку, – но не то, чтобы очень давно начал, совсем недавно, если уж быть откровенным, – улыбнулся он, – но честно сказать, никогда не мечтал об этом и не знаю даже, что там оно будет, для меня это чистая неизвестность. И теперь она пугает, – покачал головой он, вздыхая и всеми силами делая вид, что не шутит //

    Лезер:
    – В определённом смысле она всех пугает, – кивнул Герхард, задержавшись перед входом на мостик. – И очень волнует, в хорошем смысле. Не знаю, что ощущал Колумб, когда плыл к берегам Америки, но знаете, я в предвкушении.
    Он сверился с часами, по-немецки точными, как и всегда. Приближалось время старта. Дав соответствующий знак Аккерсдейку, Штернберг прошагал к своему помосту и, поднявшись, гордо выпрямился и оглядел пространство мостика: все лица, включая Горюнова, были уже на месте. Момент славы, так долго предвкушаемый всеми, уже приближался и буквально стоял на пороге.
    Заложив одну руку за спину, а другой взяв комлинк и поднеся его к губам, каперанг медленно и чётко произнёс:
    – Внимание всем постам! Доложить о готовности систем корабля!
    С минуту в наушники Аккерсдейка поступала вся надлежащая информация с различных отсеков судно. Последним о готовности доложил скрипучий бас стармеха Симады, и пришёл миг старпому формально сообщить обо всём капитану.//

    Августин:
    – Все системы готовы и нормально функционируют, сэр, – рапортовал старший помощник, – мы готовы отправляться хоть сейчас //

    Лезер:
    Секунда тишины, и каперанг, кивнув самому себе, снова заговорил:
    – Машинному – начать разогрев двигателей. Рассчётное время старта – десять минут.
    – Есть начать разогрев двигателей! – пришёл ответ Симады. Где-то в глубине корабля двигательный реактор начал «набирать обороты». Штернберг в очередной раз щёлкнул переключателем, и теперь его мерный голос, многократно усиленный, шёл из всех динамиков на «Авроре»:
    – Внимание-внимание! Говорит капитан Штернберг. Через десять минут крейсер «Аврора» отправится в свой первый полёт и, покинув орбиту Земли, возьмёт курс на звезду Проксима Центавра. Желаю всем вам удачного полёта!//

    ***

    Лезер:
    До своей каюты Раймонд добрался без проблем, заодно и запомнил схему движения пешком, так как о транспортной артерии, скорее всего, ещё не знал. Внутренняя обстановка ничем не отличалась от остальных помещений, отведённых под размещение гражданских, оставалось лишь разобрадь свои пожитки и найти себе занятие на вечер.//

    Pink_Panther:
    Путь к каюте по коридорам оказался не таким уж и сложным, более того, Рендалл начал сверять карту и реальную планировку корабля, поэтому он на протяжении всего пути вносил какие-то коррективы, то и дело останавливаясь и позволяя виртуальному помощнику нанести интересующий Рендалла объект на карту.
    В самой каюте же всё было довольно стандартно для военного корабля: из удобств – кровать, тумбочка, шкаф, большой письменный стол и столик поменьше с тройкой самых обычных стульев. Ну и санузел.
    Решив почувствовать себя совсем как дома, Рендалл сразу же скинул серебристый тренч, оставшись в жилете, и набросил его на спинку стула, стоящего у письменного стола. Также из чемодана была извлечена и подключена к сети высокотехнологичная портативная рабочая станция, больше похожая на полноценный персональный компьютер, куда инженер сразу же установил выданный ему планшет для дальнейшего копирования информации. Сервисный ящичек с инструментами также перекочевал на письменный стол. А из самых недр серебристого чемоданчика Рендалл извлёк матово-чёрный металлический эллипсоид. По размерам сопоставимый с ладонью, весил он на удивление немного. Но поверхность его была неоднородной: на ней были заметны продольные прорези и щели, будто вся она состояла из мелких отдельных частей, скреплённых воедино, а на одном из вытянутых концов эллипсоида были отчётливо видны продолговатые серебристые металлические зубцы, сведённые в один шип. Раймонд положил предмет перед собой на стол и что-то набрал на панели рабочей станции. И тут эллипсоид ожил. Он разделился на две части где-то посередине, и та часть, на которой остались серебристые зубцы, раскрылась, как цветок, и стало видно, что матовый металл – это лишь скорлупа, внешнее покрытие, достаточно тонкое, но очень прочное. Постепенно делясь и перестраиваясь, механизм всё больше и больше походил на живое существо, пока окончательно не приобрёл образ. На столе, перебирая лапками и шевеля педипальпами, сидел большой биомеханический октопод, больше всего похожий на земного птицееда. Рендалл протянул к существу руку, и его «питомец», ловко цепляясь за скользкое внешнее покрытие руки инженера, медленно взобрался к нему на ладонь, еле-еле помещаясь в ней.
    Андроиды-октоподы часто использовались в чисто декоративных целях, как игрушки и просто интересные гаджеты. Октопод Рендалла же, будучи оснащённым целым спектром такого инструментария, как миниатюрный лазерный резак, целая плеяда сенсоров и ловкие манипуляторы-педипальпы, использовался для работы в труднодоступных местах, например, внутри двигательных отсеков, силовых коробов. Плюс ко всему прочему, эта штука умела транслировать всё, что видела, слышала и чувствовала, прямо на экран смартфона, поэтому эффективность такого гаджета не вызывала сомнения.
    Рендалл осторожно оттолкнулся, качаясь и балансируя на стуле. Ему не терпелось поскорей увидеть лаборатории, но он понимал, что сам туда вряд ли попадёт, а Сеничеву, который сможет ему их показать, нужно время, чтобы обустроиться в каюте, как он и сказал в столовой.
    «А Штернберг не обманул. Кормят здесь действительно неплохо.»//

    Лезер:
    Прошло минут десять или пятнадцать, с тех пор как Раймонд зашёл в свою каюту, и выданная ему дека просигналила приятным звуком, оповещая о входящем письме. Это был Сеничев, как и предполагал инженер, и сообщение гласило следующее:
    «Ещё раз здравствуйте, Рендалл! Я обустроился в каюте и готов показать вам рабочие помещения с оборудованием. Жду вас на второй палубе у прохода к транспортной линии в секторе С. Сеничев А.Н».
    Примерно в этот же миг прозвучало в динамиках и обращение капитана. Корабль готовился к отлёту.//

    Pink_Panther:
    Когда планшет издал неопределённый звук, Рендалл подумал, что передача данных закончилась, и щёлкнул по голоэкрану. Однако на нём лишь появился небольшой значок конверта с подписью «Сеничев». И в какой-то мере это было даже лучшее известие на данный момент.
    Не обратив особого внимания на обращение капитана («О, надо же, эти динамики работают»), Раймонд пробежал глазами по письму.
    – Привет, Galaxy, – вновь озадаченно обратился он к рабочей станции. Когда та моргнула подсветкой, показывая, что мобильный ассистент готов выслушать указания, Рендал встал и, попутно перекладывая карточку и смартфон из тренча в карманы брюк, вопросил:
    – Как пройти к транспортной линии на второй палубе?
    Терминал на секунду задумался.
    – Выберите интересующий вас сектор.
    – Сектор С.
    – Прокладываю маршрут. Приблизительное время пути: 3 минуты. Начинайте движение.
    Рендалл соединил терминал с линзами своих очков и вывел навигационную схему на правый дисплей, после чего вышел, щёлкнул мгновенно перебежавшего на другое плечо любопытного октопода и небрежно провёл карточкой по щели идентификатора. Терминал мигнул красным светодиодом, и послышался короткий щелчок мощных гидравлических замков.//

    ***

    Лезер:
    Через пару минут космолетчики добрались до тренажерного зала. Освещение здесь было приглушённое, перед макетами истребительных кабин у стены стояло несколько диванов, невдалеке – несколько дополнительных стульев и автомат с водой. Безо всяких команд лётчики похватали стулья, стащив их поближе к диванам, и когда вся эскадрилья расселась по местам, майор Лисицын начал говорить:
    – Ну вот, теперь, когда мы в спокойной обстановке, думаю, можно начать знакомство. Я, конечно, могу чесать языком хоть весь вечер, но сдаётся мне, вы же сами о себе расскажете не в пример лучше.
    По манере общения сразу было видно, что офицер начисто был лишён всяческого желания соблюдать формальности, и даже в общении с тем составом, большую часть которого он лично узнал совсем недавно, он сразу переходил на товарищеский, доверительный разговор с минимумом официоза. И это, надо сказать, сразу располагало, особенно когда речь шла об истребительной эскадрилье.
    – Посему давайте сделаем так, – продолжил комэск. – Каждый из вас по очереди встаёт, представляется, кратко о себе рассказывает, а уж потом я добавляю пару слов от себя насчёт должности, позывного и прочей ерунды. Идёт? Фернандо, если вы не против, начните первым, – тут майор, глядя на кубинца, уселся на диван, тем самым безапеляционно показывая, что выбора у космолётчика в принципе нет.//

    Егор Тишин:
    – Разрешите представиться – Фернандо Васильес Иберико де Матансас. Можно просто Эрнан. Родился в славной республике Куба. Не скажу, что жил в достатке вплоть до поступления в военный университет имени Фиделя Кастро. Там и получил звание майора, практически одновременно вместе с этой штуковиной, – с этими словами он кивнул на свой протез, – о моих способностях пилотирования, думаю, составите сами мнение. В программу взяли только на восьмой попытке. Думаю, если говорить кратко – то всё.//

    Лезер:
    – ¡Hasta la victoria siempre! – произнёс по-испански кто-то из советских лётчиков, подняв вверх сжатый кулак. Кажется, это был Мартынюк.
    – Замечательно, – Лисицын снова поднялся и встал рядом с новым сослуживцем. – Как видите, наш коллега родом из Кубинской республики и боевым духом не уступает своим дальним соотечественникам! По должности он будет вторым человеком в эскадрилье после меня и возьмёт под крыло половину состава. Непосредственно командует третьим звеном. Командный позывной – «Пульсар-7», личный – «Кортес» или же «Звезда», откликается на оба. Вам есть, что добавить нашим соколам, майор?//

    Егор Тишин:
    – Si, camarada. ¡Patria o Muerte! Что я могу добавить? Держитесь вместе и ничего плохого не произойдёт. Не только за бортом нашего судна, но и в повседневности. Сработанность – наш ключ к победе. А теперь, прошу, продолжайте наш вечер знакомств, товарищ Лисицын, – с ухмылкой произнёс Эрнан.//

    Лезер:
    Следующим после него выступал Чех: рассказал немного о своём детстве в Праге, о службе в советском ВКФ, вскользь упомянул о борьбе с пиратами. Как оказалось, ему даже пришлось участвовать в совсем недавней Советско-аравийской войне, там-то на его боевые заслуги и обратили внимание. В команде ему досталося позывной «Пульсар-9», а ведомым Войцеху назначили русского аса Влада Воронова, который по долгу службы даже пересекался с Чехом пару раз. Затем слово взяла Дива:
    – Ещё раз приветствую всех, ну а меня зовут Хильда Мортенсен. Позывной – «Дива», можете сразу так и обращаться. Что вам рассказать? Родилась я в Северной республике, а точнее – в Норвегии в городе Тронхейм, росла среди наших фьордов и заслушивалась нашими северными сказками по вечерам, когда мне их рассказывала бабушка Астрид. Много ездила по нашей стране, пару раз побывала и в Советском Союзе, а в восемнадцать лет поступила в военное училище в Лунде. Воевала в основном с пиратами на линкоре «Фенрир», – тут она глянула на Фернандо, – Многим поджарила хвост, с фундаменталистами формально тоже воевала, но до практики дело не дошло – работу успели сделать и до нас. Люблю доходчивых людей с чувством юмора, недолюбливаю формальности и сексистов, которых среди вас, надеюсь, нет.
    Тут она с лёгкой ухмылкой упёрла руки в бока и оглядела собравшихся. Послышались смешки.
    – Итак, – снова вступил в дело Лис. – Капитан Хильда Мортенсен, командный позывной – Пульсар-8, личный – Дива. Будет вашей напарницей, товарищ Васильес.//

    Егор Тишин:
    «Итак, работаем в паре с девушкой, неплохо» – отметил про себя Эрнан.
    – Да, с пиратами мы с вами уже знакомы. Отличный опыт, надо сказать. Дива, надеюсь наша работа в связке будет крайне эффективна. Товарищ Лис, некоторое время меня изводит такой вопрос: как сделаны наши враги в этом вашем симуляторе? И есть ли какая-либо система рейтингов, что, думаю, немаловажно для молодых пилотов,– с ироническим прищуром спросил Фернандо.//

    Лезер:
    – Враги-то? – переспросил Лисицын. – Ну, если верить начальству, набор там очень широкий. Есть сценарии случайных космических стычек с истребителями: на равных, с меньшими силами, в превосходстве... но последний сценарий слишком уж лёгкий, а мы не ищем лёгких путей, верно? А есть вполне себе реальные сценарии с разгромом пиратских баз, с торпедированием судов, да вообще там много чего. Кстати, парочка наших с Бураном миссий туда тоже попала, так что я немножко горд, – комэск слегка улыбнулся. – А что до рейтинга, то пока стандарт, но вообще я ночью обязательно пораскину мозгами и придумаючто-нибудь поинтереснее.
    – Майор Васильес считает, что молодость как-то препятствует умению и навыкам? – с лёгкой иронией в голосе сказала Хильда. – Что ж, результативность скажет всё лучше болтовни, – при этих словах она улыбнулась.//

    Егор Тишин:
    – Нет-нет, я вовсе так не считаю, я говорю о стимуляции в виде рекордов, которая больше подстёгивает скорее, не побоюсь этого слова, юных пилотов. И в этом нет ничего плохого, сам раньше любил погоняться за рекордами. Но вы, безусловно, правы насчёт того, что действия значат больше слов.//

    Лезер:
    – Тут ведь ещё какое дело, – вступил старший из шотландских лётчиков, командир второго звена Шон Макгрегор с позывным «Вереск», – надо ведь не только за сбитых противников поощрять, но и за грамотные тактические ходы!
    – Вот над этим как раз и собираюсь подумать, – кивнул Лис. – А у нас разве есть такие уж юнцы в эскадрилье? – он шутливо сощурился, оглядывая пилотов. – Я думал, мне привезли асов, а оказывается...
    – Ну, я самый молодой здесь, – поднял руку ещё один шотландец, Моран Линдсей. – Мне 24.
    – Я тоже, – сказал Воронов. – Немного постарше, но мы вообще одногодки.
    – Хех, ну, шутки шутками, а к нашему кубинскому товарищу вы всё-таки прислушивайтесь, – уже серьёзно сказал комэск. – У него опыта побольше, ечм у многих здесь. И опыта в некотором роде уникального.//

    Егор Тишин:
    – Людьми могут быть взрослыми, а пилотами молодыми всё же. Я ничего не хотел сказать плохого ни про кого из вас, я не знаю ничьих способностей, это было несколько общее замечание. А что касается опыта,– Эрнан снова опустил голову в сторону протеза,– да, тут уж действительно, уникальный опыт, товарищ комэск,– добавил он.
    «Странная вещь: сами над собой люди с недостатками имеют полное право смеяться, но когда это делает кто-то другой, в основном, немного обидно» – подумалось Фернандо.
    – Ну, что ж, если мы сегодня уже будем тренироваться – так давайте приступим, а то, я думаю, не мне одному хотелось бы ещё сегодня немного выделить времени на базовые человеческие потребности,– с этими словами он обвёл глазами собравшихся, встретив одобрительные кивки головами от некоторых из них.//

    Лезер:
    – Не стоит столько серьёзности, майор, мы ведь все всё прекрасно поняли, – сказала Хильда.
    – Сегодня? – произнёс Лис. – Да вы настоящий энтузиаст, Фернандо. Нет, – он усмехнулся. – Это всё было в шутку, так-то я не собирался прямо с ходу начать терроризировать новый состав. А вот завтра всё по расписанию, в одиннадцать часов собираемся – и по кабинам. Кстати, к слову про уникальный опыт: может, завтра отыграем сценарий штурма пиратской базы? Кроме нас с Бураном, разве что вы и Дива в подобном участвовали. Как вам идея?//

    Егор Тишин:
    -Если вы разрешите всем имевшим опыт немного поучаствовать в корректировке сценария, я думаю, мы бы совместными усилиями смогли его улучшить, как вам кажется? Впрочем, если ответ будет отрицательным, всё равно идея хороша: пока что мы недалеко, это – самый реалистичный вариант нашего боя. Ребят, вы как, согласны?//

    Лезер:
    – Если сегодня вечером найдёте время для корректировки – это только к лучшему, – сказал Лисицын.
    Остальные в той или иной мере выразили согласие и решили действовать, как и было предложено. Ту-то и раздалось в зале обращение капитана Штернберга.
    – О, ну вот и отлёта дождались, – словно бы невзначай промолвила Дива. – Хорошо бы с обзорной площадки за Землёй понаблюдать, – тем же ненавязчивым тоном подала она идею.//
     
Закрыта.

Поделиться этой страницей